Лучшие истории недели

ржание, запах алкоголя. Разве что не было накурено. И в этот момент особенно странно осознавать, что эпоха этих самолётов фактически закончилась.

История A380 вообще выглядит как странная смесь гениальности и упрямства. Логика казалась железной: аэропорты захлёбываются, полос больше не становится, значит нужно возить больше людей за один рейс. Меньше взлётов, те же пассажиры, меньше нагрузки на инфраструктуру. Airbus пошёл ва-банк и решил построить самый большой пассажирский самолёт в истории.

Проект сразу был огромным и дорогим, с распределённым производством по всей Европе. Крылья делали в Великобритании, фюзеляж в Германии и Франции, хвост в Испании, финальная сборка в Тулузе. Всё это нужно было как-то свозить вместе, и обычная логистика просто не справлялась. В итоге части самолёта везли морем, потом по рекам, а последние километры ночными колоннами через французские деревни. Ради этого перестраивали дороги и убирали знаки. Люди выходили ночью смотреть, потому что понимали, что мимо них везут будущее.

И именно на таком проекте случилась одна из самых дорогих ошибок в истории промышленности. Немцы и французы использовали разные версии одного и того же софта для проектирования. Когда начали собирать самолёт, выяснилось, что сотни километров проводки просто не сходятся. Всё пришлось вырывать и делать заново. Два года задержки и миллиарды убытков на ровном месте.

Сам самолёт при этом получился по-настоящему уникальным. Два полноценных пассажирских этажа по всей длине, до 800 человек в теории, огромные крылья, отдельные гейты в аэропортах, усиленные рулёжные дорожки. Даже в классификации появилась отдельная категория, потому что ничего подобного раньше не существовало.

Внутри это другой уровень. Тишина, почти нет вибраций, ощущение, что тебя несёт что-то огромное и спокойное. А сверху уже начиналась другая игра: бары, душевые, отдельные апартаменты с кроватями и личными дворецкими у разных авиакомпаний. Пространство позволяло авиакомпаниям делать вещи, которые раньше казались абсурдом.

Но рынок пошёл в другую сторону. Пока Airbus делал ставку на гигантские самолёты и пересадки через хабы, Boeing продавливал прямые рейсы на более компактных и экономичных машинах. Люди перестали хотеть летать через огромные узлы с сотнями пассажиров, если можно улететь напрямую.

В итоге A380 оказался заложником своей же идеи. Слишком большой, слишком дорогой в эксплуатации, слишком зависим от полной загрузки. Один крупный клиент начал резать заказы и вся программа посыпалась. Производство закрыли, хотя сам самолёт остался одним из самых комфортных в мире.

И теперь он летает как странный артефакт из прошлого. Машина, которая опередила время, но оказалась не нужна. И вот ты стоишь в этом баре на высоте десяти тысяч метров, вокруг шум, бокалы, разговоры, и понимаешь, что это не просто прикольная фишка самолёта. Это кусок эпохи, которая канула в лету.

Но полетать ты на нем еще можешь успеть.

конечно. Имя изменено, суть сохранена.

Завязка. Возвращение

Маша — девушка тихая, умная, училась в Китае. Пандемия заперла ее там надолго, как варенье в погребе. Когда наконец выбралась и прилетела домой — а дома-то нет. Точнее, дом есть, но на пороге стоит родная тетушка, которая за время Машиного отсутствия бойко вселилась в бабушкину квартиру и объявила себя хозяйкой. Машины вещи — в сумках. Аргумент тетушки — железобетонный: "Наследство не приняла, сроки пропустила, свободна".

Маша, будучи человеком интеллигентным, не стала бить посуду и вызывать наряды. Она пошла к юристам. И вот тут начинается самое интересное.

Кульминация. Вопрос не по адресу

Маша заходила в кабинеты и с порога спрашивала: "Как мне восстановить срок принятия наследства? "

И юристы — люди занятые, консультация почасовая — смотрели на нее и честно отвечали: "Срок — полгода. Прошел. Еще полгода на восстановление по уважительным причинам — тоже прошли. Уважительная причина? Пандемия? Спорно. С вас гонорар за консультацию. Ничем не можем помочь".

Пять юристов. Пять консультаций. Пять раз Маша услышала "нет". И заплатила за это "нет" из своих студенческих сбережений. Представляете, каково это? Сидишь на сумках в подъезде собственного дома и коллекционируешь отказы.

Дело в том, что Маша, сама того не зная, совершила типичную ошибку. Она пришла с готовым юридическим вопросом. Узким, как игольное ушко. "Восстановить срок принятия наследства". Юристы честно отвечали именно на этот вопрос. И ответ был отрицательным. Но проблемой Маши было не наследство. Проблемой было жилье.

Развязка. Смотрим в документы

Когда Маша попала ко мне, я предложил сделать простую вещь: отставить панику и посмотреть документы. Не на тему наследства, а на тему квартиры вообще. "Что за жилье? Кто собственник? Кто прописан? "

Маша честно призналась: бумаг она не видела, юристы их не спрашивали. На слово верили тетушке.

Пошли в Росреестр. Получили выписку. И — сюрприз. Квартира оказалась муниципальной. То есть не бабушкина собственность, которую надо наследовать, а государственная жилплощадь, где Маша была постоянно зарегистрирована. А тетушка, как выяснилось, к этой жилплощади вообще никакого юридического отношения не имела.

Проблема решилась без судов и восстановления сроков. Решилась простым вопросом: "Как мне на законных основаниях вернуться в мое жилье? "

Вывод

Друзья мои, юрист — не гадалка. Он работает с тем, что вы ему даете. Если вы даете ему неверный вопрос — он даст вам честный, но бесполезный ответ. Если вы приходите без документов — он консультирует вас "в теории", а теория, как известно, суха, а вы мокры от слез.

Поэтому правило первое: спрашивайте не о юридической процедуре, а о защите вашего интереса. Не "как восстановить срок", а "как вернуть жилье". Юрист сам подберет инструмент, их в нашем чемоданчике много.

Правило второе: без документов — никуда. Справки, выписки, договоры, штампы в паспорте — это ваша доказательная база. Без нее даже самый гениальный юрист работает вслепую.

Маша сейчас живет в своей квартире. Тетушка переехала обратно к себе. Справедливость восторжествовала не через громкий процесс, а через внимательное отношение к бумагам и правильную постановку вопроса.

Берегите документы. Не стесняйтесь спрашивать широко. И помните: юристу нужно не ваше знание законов, а ваше знание фактов. А факты живут в бумагах.

Приятель рассказывал, как его развели. Похожая ситуация. Приходит СМС от партнера по работе на телефон "Привет, И... ныч, оцени фотографии, нужна твоя консультация". И ссылка на фото. А они действительно так общались: тот вечно с вопросами приставал, присылал фото объектов. И обращался всегда по отчеству, а не по имени. Но на "ты".

Приятель без задней мысли идёт по ссылке — телефон блокируется, все деньги с телефонного счёта улетают в неизвестном направлении. Но это не всё. Теперь уже с приятельского телефона начинается рассылка СМС с пиратской программой — по всей его базе контактов. Кто- то сразу идёт по ссылке, и попадает на такой же развод, кто-то перезванивает, и разъяснив ситуацию, СМС стирает. Но рассылка идёт в геометрической прогрессии и вероятность того, что кто-то купится на СМС, не проверив его, довольно высока.

Но и это ещё не всё. Прямые обращения в тексте СМС были списаны с базы контактов взломанного телефона. А непосредственный начальник моего приятеля был у него в телефоне записан — готовы? — "старый пе[тух]".

И начальник получил от своего подчинённого СМС такого содержания: "Привет, старый пе[тух]! Оцени фотографии... ну и так далее.

А ведь я пошёл бы по ссылке, не вспомни случайно эту историю. Коллеге своему доверяю безусловно. Повторяются мошенники. Но. Очевидно ситуация с формой записи контактов в телефонах где-то уже засветилась, поэтому сегодня сообщение было без обращения. Зато уже не консультацию просят, а играют на любопытстве.

Граждане, будьте бдительны, и воздастся вам!

добраться до клавиатуры, нужно было:

— сначала снять здоровенный ЭЛТ-монитор (в те годы они ещё напоминали старинные телевизоры — массивные, тяжёлые, с характером);

— потом наполовину залезть в корпус банкомата, словно в какой-то механический шкаф;

— и, скрючившись в три погибели, выкрутить крошечные болтики крепления клавиатуры — будто это не банкомат, а миниатюрный конструктор для самых терпеливых.

В итоге моя лысая макушка эффектно торчала из отверстия, где раньше красовался экран, напоминая гриб-боровик, выросший в неожиданном месте.

И вот, в самый разгар этого акробатического номера, подходит дама лет пятидесяти с хвостиком. Она вставляет карту в приёмник. Картридер-то я, понятное дело, тоже отодвинул — так что карта с тихим, почти издевательским шорохом провалилась внутрь.

Дама нажала "Отмена". Тишина. Отыскала на корпусе номер техподдержки и звонит.

У меня в кармане — звонит мобильник. Отвечаю и со стереоэффектом слушаю, как банкомат зажевал карту. Не говоря ни слова, достаю карту из недр банкомата и протягиваю её через дырку от монитора.

И вот в этот момент она меня заметила

конфликта, работники банка ехидно заявили ему: "Пишите претензию, мы её будем рассматривать 60 дней и потом всё равно откажем". Предприниматель удалился из офиса банка, бросив на прощание: "Сами напросились".

Тихим воскресным вечером на тяжёлом грузовике претензию провезли по городу… Возле запертого офиса банка претензия была бережно выгружена двумя тяжёлыми кранами и установлена на крылечке. А утром оказалось, что претензия немножко мешает работникам банка попасть в офис. Хотя сама по себе претензия была скромной, но выглядела она внушительно: строгая плита серого гранита, массой 12 тонн. На плите по всей форме была выбита претензия к банку со всеми реквизитами, включая адрес предпринимателя для ответа.

Разумеется, оставшиеся без офиса работники банка вызвали полицию. Прибывшие полицейские, внимательно изучив претензию, пояснили, что тут нет никакого преступления, а налицо гражданско-правовые отношения. После чего посоветовали банку решать вопрос с предпринимателем в суде общей юрисдикции и уехали восвояси. А претензия осталась...

Банк попытался самостоятельно убрать претензию. Увы, предприниматель оказался единственным счастливым владельцем многоосного трейлера и соответствующей техники. А без трейлера вывезти претензию не представлялось возможным.

Банкиры вызвали трактор и собрались зацепить претензию тросом и столкнуть хотя бы с крыльца на дорогу. Однако такую работу с претензией остановили проезжавшие полицейские, пояснившие, что захламлять проезжую часть претензиями нельзя. Бедным работникам банка пришлось проникать на рабочие места через окна. Многие клиенты банка предпочли пойти в другие банки.

На следующий день судья районного суда, выслушав жалобу банка, отказалась требовать от предпринимателя аннулировать претензию. Более того, выяснилось, что банк не имеет права отвергнуть претензию по мотивам использования небумажных материалов, а должен переместить её в архив и рассмотреть в соответствии с собственным порядком. В результате на третий день нанятая банком бригада рабочих с отбойными молотками всё-таки раздробила претензию до перевозимых размеров.

В тот же день предприниматель позвонил в банк и вежливо поинтересовался результатами рассмотрения претензии. Услышав обещание предпринимателя в случае проволочек выставить новую претензию, уже на трёх страницах, банк предпочёл не доводить до этого и срочно отменил для предпринимателя все комиссии. Так что досудебное урегулирование конфликтов – очень эффективная мера.

фильма уже десять лет пылился на полках "Ленфильма"...

Нью-Йорк Таймс писала по этому поводу: "Сам Уолт Дисней отказался от экранизации беляевского романа из-за сложности подводных съёмок, а русские, которые работают на допотопной технике, решили бросить вызов судьбе! "

И да, бросили! Да такой удался фильм, что, по словам тогдашнего министра культуры Е. Фурцевой, он стал подарком министерству финансов — ведь всего за год его посмотрела треть зрителей СССР. Увидели его и зрители ещё более, чем 100 стран. По кассовым сборам фильм крушил все рекорды...

Подарком фильм стал не только казне, но и зрителям. Мне было чуть больше восьми лет, и в клуб нашего рабочего посёлка "Человека-амфибию" ещё не привозили, но моя подруга Наташка была уже в теме: захлёбываясь от восторга, она живописала мне приключения "красивых-прекрасивых" влюблённых и перепела песни, звучавшие в фильме.

Я слушала, широко раскрыв глаза, и это было моё первое впечатление от ещё неувиденного фильма — восторженный Наташкин рассказ...

А создание этой приключенческой ленты и само стало приключением. Начнём с того, что бюджет на съёмки первого в мире игрового фильма под водой был отпущен такой же, как для съёмок простенькой детской сказки в Костромском музее деревянного зодчества.

И фильм этот не был бы тем, что он есть, если бы не технические изобретения и профессионализм оператора Эдуарда Розовского.

На съёмки в Средиземном море и сотрудничество с Жак-Ивом Кусто денег, естественно, не хватило, и пришлось довольствоваться Чёрным морем, живностью не богатым.

Чтобы создать впечатление оживлённой жизни морских обитателей, оператор придумал размещать перед объективом камеры емкость с водой, в которой плавали несколько рыбок — так создалось впечатление богатого подводного мира. Подводные растения сделали из пластика, а в роли акулы, напавшей на Ихтиандра, сняли крупную рыбину, купленную у черноморских рыбаков.

Большой головной болью оказалась безопасность подводных съёмок. Ещё одним изобретением Розовского были специальные боксы для гидроизоляции кинокамер — чтобы никого не убило током.

От давления и перепада температур лопались осветительные лампы — пришлось через министерство обороны добыть лампы для реактивных самолётов.

В итоге за свой "подарок министерству финансов" оператор Розовский лишился партбилета и чуть не оказался за решёткой за перерасход государственных денег в миллион рублей.

Прежде, чем приступить к съёмкам под водой, актёры и съёмочная группа несколько месяцев обучались плаванию в Ленинградском институте физкультуры имени Лесгафта. Анастасия Вертинская плавать училась с нуля.

На роли главных героев режиссёр искал молодых малоизвестных актёров с неземной внешностью: у Гуттиэре глаза должны быть как небо, а у Ихтиандра — как море.

И нашли — Вертинскую и Коренева... Анастасия Вертинская ещё училась в школе, и возле неё неотлучно находилась мама со школьными учебниками и тетрадками. Экзамены юной актрисе пришлось сдавать в Баку — там, где снимался фильм.

А Владимира Коренева ассистентка привела с его дипломного спектакля, и это стало такой удачей, что другого Ихтиандра невозможно себе представить...

Эта роль принесла молодому актёру бешеную популярность — такую, что поклонницы исписали губной помадой все стены в его подъезде признаниями в любви, так что Кореневу пришлось делать в подъезде ремонт за свой счёт.

За безопасностью съёмок под водой следили специалисты по подводному плаванию: вместе с актёрами спускались на дно, забирали у них акваланги, и начиналась съёмка. Продолжалась она не дольше минуты, потом опять надевали акваланг, потом — опять съёмка. Это делалось для эффекта непрерывности.

Юная Настя Вертинская очень боялась нырять, но когда она увидела предложенную ей дублёршу — крепко сбитую чемпионку по подводному плаванию, сказала: "Нет, она вместо меня сниматься не будет! Лучше я утону! "

И, конечно, без музыки молодого, но чрезвычайно яркого композитора Андрея Петрова не был бы этот фильм таким хитом!

Фильм был создан молодыми, влюблёнными в своё дело энтузиастами и стал сказкой для взрослых на все времена...

Много лет спустя Владимир Коренев говорил, что такая "нетленка" может родиться только у бескорыстных, увлечённых людей, не подвластных "жажде наживы"...

Режиссёр вспоминал, что во время кастинга состоятельный кавказский гражданин обещал ему заплатить автомобилем "Волга" за то, чтобы роль Ихтиандра сыграл его сын. Это была очень высокая цена!

И, если бы позарился режиссёр на ту "Волгу", не было бы у нас этого потрясающего фильма! Посмотрели бы мы его разок с тем кавказским сынком вместо Коренева в роли Ихтиандра — и забыли!

А уже больше шестидесяти лет не стареет этот искромётный, яркий и романтичный фильм, и это награда его создателям за их честность, увлечённость и любовь к нам, зрителям!