Свежие истории от 4 февраля 2015

в лес, на лужочке выпущу. Домой принес, закрыл на кухне и лег спать.

Ага, спать... , фиг заснешь, никогда не думал, что такая маленькая животинка может устроить такой тарарам. Всю ночь из-за закрытой кухонной двери раздавались странные звуки шипения, топанья, беганья, чеготопереворачивания и чертегопоймешьчтотамделания. Утром, совершенно не выспавшийся я открыл дверь на кухню и не смог сказать ничего кроме очень нехороших слов. Эта дрянь, не знаю уж как, но умудрилась открыть все нижние дверцы шкафчиков, высыпала крупу, сахар и чтотамещеуженывбанкахнаходится на пол, все перемешала и, уж извините за мой французский, густо-густо все обосрала. Правильно конечно сказать, покрыла фекалиями, но в том случае именно обосрала, настолько плотно эти самые фекалии расположились на полу комнаты.

Самое интересно, что самого виновника нигде обнаружить не получилось.

Обшарил все. И когда уже начал читать интернет, с целью найти информацию о дезинтеграционных способностях ежей обыкновенных, услышал легкий шорох под холодильником. Как он там поместился, я до сих пор не понимаю, зазор от пола сантиметра два, ежик же был довольно крупный... Палкой выгнать его оказалось совершенно бесполезным занятием, этот гад уперся иголками в днище и вылазить совершенно не собирался. Пришлось освобождать холодильник от продуктов и наклонять его. Когда все закончилось, была произведена генеральная уборка, разморожен холодильник и убраны остатки крупы в ящик, я понял какой самый страшный зверь на свете. ДОМАШНИЙ

ЁЖИК.

автомобиля — и гвоздиком проведёт. Ну как можно в этой поганой России жить, ты мне скажи? "

Матушка усомнилась. Мол, не может такого быть, чтобы буквально все и ненавидели.

— Может-может, — утверждала знакомая. — Русские народ такой, для них зависть как хлеб, по иному и жить не могут.

Просидели так два часа за чаем. Вдруг на улице раздался вой сирены. Светлана Павловна подскочила, узнав свою сигнализацию. Подбежала к окну и кричит матери, пальцем тыча в стекло.

— Вот, пожалуйста, посмотри!

Матушка к окну подошла, смотрит — в самом деле около машины подруги стоят два мужика. Один нажимает на капот автомобиля, другой легонько так бьёт его ногой по шине.

— Вот, вот, — быдло-то наше отечественное, русское, — победно кричала тётка. — Нельзя просто так мимо роскошной машины пройти, вот обязательно надо ударить, толкнуть...

Мама так сочувственно посмотрела на свою подругу и говорит ей.

— Светочка, ты не обижайся, пожалуйста, но вот этот слева — Степан Аркадьевич, сосед наш со второго этажа. А вон тот, другой, в меховой шапке — Анатолий, он курьер. В соседний магазин молочный по утрам продукты привозит. Ты встала так, что дорогу им перегородила, они и выехать не могут...

подобного. У меня вот гараж в центре, у Исполкома, ну ты знаешь, там только начальникам места давали. Я там чуть не один рабочий человек затесался. Остальные — всё больше начальники и не маленькие. У меня даже машины тогда ещё не было — только мотоцикл Иж. Максимум что и могли бы дать под мотоцикл — место под малый бокс, так мы с женой и в Исполком, и в Обком, куда только не ходили. Добились!

Соседи по гаражу у меня всё больше дураки были набитые, как им только областью и городом доверили руководить? Но меня все уважали. Так и говорили: "Ты Степан Батькович у нас — голова! Один на весь наш гаражный кооператив такой! Совета по всем-всем вопросам спрашивали... "Сейчас то конечно у нас в гаражах всё больше бизнесмены с бандитами. Они да — простой народ не уважают совсем. Не прислушиваются...

Опять же. Я на том Иже спину застудил почти сразу. Продал его с обиды. Жалко конечно, мотоциклу всего полгода... Но радикулит шуток не любит. Пошёл справку взял, что на дальних рейсах пассажиров возить не могу. Так власть родная советская меня вмиг на ближний маршрут перевела и автобус новый большой дали. Хотели средней вместимости, но я сразу сказал: трудовые люди должны ездить сидя, давайте большой. Прислушались. Мой то опыт в перевозках, а тут открытие маршрута в новый рабочий посёлок.

Опять же открытка на Волгу через месяц после этого пришла: "Есть гараж? Пожалуйста, можешь Волгу по гос. цене приобрести". Ни рассрочек тебе, ни кредитов не надо... Трудовой человек должен был хорошо жить.

Но и работали мы дай Бог каждому! Я план каждый день выполнял, да что уж греха таить — маршрут то у меня убыточный был, я без кондуктора ездил, так сам бывало из своих докладывал денег, чтобы до плана хватило. Во как было!

Начальство у нас в автоколонне так со мной всегда первым здоровалось: и начальник, и мастер выпускающий, и из бухгалтерии нормировщик. Потому что знали: я на маршруте — всегда порядок будет. А какого сменщика я себе подготовил! Прям после ПТУ парень пришёл, я вижу — толковый, понимает прям с полуслова, опыт чувствует и уважает поэтому. Взял и ни разу не пожалел. Смену, так сказать, сам подготовил.

А народ меня на маршруте как уважал! Я же сам ходил в Исполком, чтобы маршрут удлинить. До посёлка довели, а деревенька там рядом в 5 километрах — так топай по грязи. И добился! Удлинили. Во власть какая была! Ну конечно и моя заслуга там была. Это я всегда знал, у кого бумажку взять, кому — отдать. С кем комиссию собрать, чтобы людей к ответственности приобщить, чтобы подписей много было, солидно.

Вот ты говоришь с жильём плохо было при Советах? Может и плохо, только власть своих героев уважала. Вот у меня отец на фронте без вести пропал. Так матери, как вдове павшего защитника, трёхкомнатную квартиру, в центре, прямо у Исполкома дали. Мы с мужиками, с гаражей которые, потом неделю у меня каждый вечер новоселье праздновали.

И "сдулась" эта власть совсем недавно. Я ещё увольнялся — была народная власть, но чувствую — не долго продержится. Вот я на пенсию и ушёл. Мне почётного присвоили и сумму... хм... ну кто получал, знают что круглую, дали, как премию при выходе.

А сейчас, конечно, уже не та стала власть... Нет. Не та.

Часть 2. Наследница.

Внучка его — шустрая очень. Деда послушала-послушала. Да мне что к чему растолковала. Далее от первого лица:

Ты деда Степана не слушай — шифруется он, по привычке от ОБХСС. Он так-то самый нормальный в нашей семье. Я — вся в него.

Баба Маня, жена его, заведующей столовой работала. Был у неё, конечно, обвес и лишний запас продуктов на складе. Не сегодня-завтра ревизия придёт, и ей КАМАЗом надо бы со склада всё вывозить, чтобы не попасться. А тут — повезло. Крупная шишка из Исполкома пришла — нужно сына женить и свадьбу надо обслужить. Вот баба Маня себе и людям доброе дело сделала: продукты по дешёвке под это дело продала.

Шишка та увидела, что человек с пониманием, да и подсказала, как в гаражный кооператив пролезть: Иж купить, чтоб место дали, и у кого бумажку подмахнуть. Ну а дед Степан в том гаражном кооперативе прямо золотую жилу нашёл: он же всю жизнь при машинах. А тут людям кому масло сменить, кому свечи, автосервисов то тогда почти и не было. И в благодарность, чем могут соседи — тем помогают. У всех же связи. Кто в очередь на Волгу вместо какого-то ветерана поставил (машину же тогда по гос. цене не купить, ну ты же знаешь), кто с работой, кто с квартиркой помог, а кто ему и почётного пробил (там же выплата ты знаешь какая!)

Тем более на маршрут деда очень бойкий поставили. Там нужно было пару автобусов средней вместимости, но дед Степан умный, он быстро смекнул и выпросил один, но большой. Пассажиры у него в тот автобус на остановках настояться, как следует, и как селёдки в бочку набивались. Пластами. А нормировщик план специально занижал. Дед нормировщику кинет, опять же начальнику, чтобы кондуктора не ставил, мастеру, чтобы новый автобус давал. Мальчишку хитрющего подобрал себе в напарники, чтоб всё чинно-благородно. Вот все и живут припеваючи.

И опять же маршрут они удлинили. А до деревни той дороги как не было, так и не сделали. Дед там один раз показательно в луже побуксовал и бабкам вмиг объяснил, что не сахарные — 5 км. и пешком до посёлка дойдут. Тем более что та деревня — три дома, две бабки. Некому там жаловаться. А это же 10 км, да помножить на 6 ездок за смену. Солярка то под это выделяется. Деду Степану опять в карман экономия и по бумагам всё у деда чин чинарём выходит..

У деда денег с того маршрута столько было, что всегда всех своих друзей поить водкой мог. Да и баба Маня с мяском-колбаской помогала. Они с нужными людьми всегда дружить умели. А я — вся в деда! Я жить умею: где дать, где взять, с кем поделить! За мной не пропадёшь! Женись на мне! Да и дед Степан не сегодня-завтра того, так я ещё и невеста при деньгах буду. Я тогда таких дел с тобой закручу!

Как я представил, как она меня по случаю продаст, а потом курс снизится и обратно купит, чтобы с выгодой в аренду сдавать, так чувствую — совсем жениться не хочется, не та закалка...

в страну приключений, которые она же к себе и притягивала. Немудрено, что она за это страдала и вынашивала планы мести. Отец её бил смертным боем (иногда действовало, но не долго).

Если отца я мог понять и простить в силу его статуса, то посторонние вмешательства в моё воспитание были чреваты "акциями возмездия" этим маргинальным педагогам, нихрена не смыслившим в педагогике. Больше всех преуспел в этом местный "Макаренко". Дяденька был весьма скверным. К своим 40-ка годам он нажил сомнительную репутацию не в меру правильного "стукача" и гордо называл это проявлением активной гражданской позиции. Смысла этой фразы он скорее всего не понимал, но я точно знаю откуда он её почерпнул. Так как у дяденьки не было телевизора, он запоем читал газеты преимущественно в сортире. Его стремление к знаниям было настолько сильным, что в позе орла мог сидеть очень долго.

Самым гнусным поступком этого человека была демаскировка нашего укрытия оборудованного специально для прогуливания школы. Берлога была неказистой, но функциональной. А находилась она в заброшенном доме недалеко от школы. И если бы не этот злопёрдыш, явка ещё долго существовала. Этого простить было нельзя...

После неприятной беседы с родителями (опять же через жопу), я срочно созвал соратников на внеочередное совещание. Боевой клич был услышан. Совет стаи постановил подвергнуть подлеца aн@льной каре через расстрел. Обострённое чувство справедливости было катализатором гениальной идеи.

Несмотря на то, что хотелось отомстить, операцию готовили тщательно. Мы не имели права на ошибку. После рекогносцировки было решено выбрать самое слабое место-сортир. Разведка доложила, что одиноко стоящее здание на заднем дворе весьма ветхое и с большими дырами (этакая вентиляция местного гения) отлично подходило для операции. Сама конструкция строения подсказала идею катапульты. Туалет был слегка наклонён, под него просунута доска. Один конец доски был в яме с говном, а другой на улице. осталось только ждать, когда жертва сама зарядит катапульту.

Часа Х ждали долго. Нас распирало чувство скорой расправы, что выражалось диким ржачем и фонтаном новых идей на план "Б". Наконец таки говнюк решил сбросить балласт. Шёл он оглядываясь, будто что-то заподозрил. Этакий, с@ка, осторожный лев. Но зов природы оказался сильнее осторожности. "Подсудимый" вошёл в здание "суда", не зная того, что приговор уже вынесен заочно и обжалованию не подлежал. Сидел он долго (выносливый). Напряжение росло, губы кусали чтобы не смеяться и вот наконец раздался характерный шелест газетной бумаги. Прозвучала команда "Огонь". Что происходило в здании суда мы не видели, но отчётливо был слышен характерный шлепок и крик раненого в жопу слона. Мы считали его условно убитым так как жопа является наиважнейшим органом человека, ведь к ней крепится позвоночник и остальное навесное оборудование.

Месть злопёрдыша была страшна, но оно того стоило. Отец перед тем, как меня о[ман]дюлить ржал аки конь. Я прикладывая мокрый компресс к жопе думал, что всё это не зря.