Женские истории #женщина

На полтора часа отец задержался на заводе и домой возвращался на трамвае. Львиная масса рабочих уже уехала, и потому в салоне было достаточно свободно, но все сидячие места были заняты. На одной из остановок в вагон ввалился детина немаленького телосложения, который явно «хватил» лишнего и потому не задумывался о своих поступках и их последствиях. Некоторое время он оглядывался вокруг, словно оценивая окружающую обстановку и людей. А так как большинство работяг уже были дома, то среди пассажиров трамвайчика большинство составляли работники магазинов, учащиеся ПТУ, словом, менее сильная часть населения. Недолго думая, он подошёл к женщине, сидевшей напротив дверей, отвесил ей затрещину, выкинул с сиденья, посылая ей вслед букет идиоматических выражений. Отец не мог потерпеть таких выходок по отношению к кому бы то ни было. Он подошёл к нарушителю спокойствия пассажиров и, выдернув его с сиденья, резко отбросил к дверям, прижал к ним. Следующей остановки ждать пришлось не больше минуты. Двери открылись, и отец выбросил дебошира на остановку. Тот упал в снег, недалеко стоял младший лейтенант милиции с двумя дружинниками. Те мигом остановили трамвай, позвали отца и начали выяснять, что случилось. Детина доказывал, что он потерпевший, выкинутый из вагона ни за что. Отец рассказал всё, как было. Представитель законопорядка спросил у дамы, правда ли она стала объектом нападения со стороны дебошира, но та вдруг, к всеобщему удивлению, сказала, что ничего не знает и никто ей затрещину не давал. Несколько человек открыто возмутились её поведением. Младший лейтенант принял решение провести в отделение отца, детину и дамочку, чтобы не задерживать трамвай. Двое мужчин интеллигентного вида и одна женщина добровольно вызвались быть свидетелями. И вся компания из 9 человек отправилась в ближайшее отделение милиции. Там к «разбору полётов» подключились старший лейтенант и старший сержант. Не смотря на свидетельства очевидцев, дамочка продолжала гнуть свою линию: «Ничего не знаю, никто меня не бил и с сиденья не выкидывал! »

Работники милиции записали все свидетельские показания, оформили дебоширу 15 суток, пожали руку отцу. Но их, как и свидетелей удивило поведение дамочки. Та отказывалась что-либо подписывать и старший лейтенант, уставший от бесплодных попыток хоть как-то её разубедить, сказал, что она может идти, но предупредил, что в следующий раз она в подобной ситуации может и не дождаться помощи. Двое интеллигентных мужчин тоже открыто выразили неудовольствие поведением женщины. Старший сержант сказал: «Гражданочка, вы повели себя по-хамски, так как фактически оправдали антиобщественное поведение того субъекта». Дамочка спокойно развернулась и направилась к выходу. Женщина-свидетель хлопнула её по плечу и когда та повернула к ней голову, то негромко, но чётко сказала в лицо: «Ну и с@ка же ты! » А интеллигентные мужчины и сотрудники милиции дружно кивнули головами.

аристократически относящимся к женщинам. Не удивительно, что он пользовался у них большим успехом. С этой чертой его личности связано много анекдотов и историй. Вот одна из них.

Конец апреля 1945 года.

Утром на аэродроме под Берлином приземлился самолёт, который из Москвы прислала Ставка Верховного Главнокомандующего, чтобы забрать Рокоссовского на совещание по финальному разгрому фашистского логова.

Но не просто самолёт, а самолёт с сюрпризом в виде официальной жены Юлии Петровны. Поскольку командующий 2-м Белорусским фронтом был занят управлением войсками, Юлию Петровну встретил и сопровождал его адъютант.

В штабе фронта начался переполох. Многочисленные фронтовые жёны Рокоссовского – машинистки, переводчицы, связистки, врачихи – решили, что он решил исполнить своё давнее обещание показать им Москву, начали собирать свои вещи и заспешили к самолёту. Ну кто откажется впустить в салон женщину, уверенно заявляющую, что она жена командующего фронтом?

Со своей задачей – держать Юлию Петровну подальше от штаба – адъютант справился блестяще. Рокоссовский встретился с женой в столовой во время обеда, расцеловал, начал осыпать комплиментами. Подошло время отлёта, и они сели в джип.

Возле воздушного корабля, в котором сидело полтора десятка фронтовых красавиц, предвкушающих прогулки по столице со своим кумиром, их встретил лётчик в комбинезоне и шлемофоне и, вытянувшись в струнку, доложил:

- Товарищ командующий, лететь не можем, самолёт оббляденел.

- Как это может быть?

- Совсем оббляденел, товарищ маршал.

Кто-то другой, наверное, вышел бы из себя, начал орать, типа «что это за ерунда, льда уже месяц как нет и т. д. ». Но Константин Константинович не такой человек. Он посмотрел на солнышко, пригревающее с неба, на буйно пробивающуюся траву, на первые одуванчики, и на минуту задумался. «Лётчик прошёл войну. Дослужился до работы у Жукова. Дослужился до майора. Значит, не дурак. Значит, хочет сообщить то, о чём сказать нельзя. Но что именно? ».

Ещё раз посмотрел на солнышко, на травку, на жену, и всё понял.

- Товарищ майор, даю вам 30 минут, чтобы ликвидировать оббляденение.

И повез жену на «виллисе» на другой конец аэродрома, чтобы показать ей рощицу, где уже защёлкали соловьи. Рассказывал ей, что голосами птиц по ночам можно заслушаться, что недавно его бойцы освободили посёлок Фогельзанг, что в переводе с немецкого означает «птичья трель», короче, нёс всю ту милую чушь про пестики и тычинки, которая так нравится женщинам.

А летчики тем временем вызвали по рации из штаба грузовик и пять солдат из комендантской роты. Женщинам объявили, что они уже никуда не летят. Поднялся шум, гам, гвалт, возмущение, протесты. Но их кого добрым словом, а кого и сапогом под зад пересадили из Ли-2 в крытую машину и отвезли в расположение части.

Юлия Петровна вернулась в Москву в приподнятом настроении.

Семейную идиллию четы Рокоссовских удалось сохранить.

- девушка эта до сих пор танцует на обезболивающих. А историю она рассказала классную.

За несколько месяцев, которые она куковала в наколенниках, девушка нашла сайт товарищей по несчастью. Точнее, товарок – прекрасный пол при мужиках о своих болячках говорит не любит. Обсуждали в основном, где лучше лечиться. Тогда она поняла, почему болезни суставов называют золотыми. Чтобы избавиться от боли, человек всё отдаст. И не факт, что хватит. В общем, не было почему-то бабушек-пенсионерок на этом сайте. Сплошь успешные дамы среднего возраста, многие весьма привлекательные, только у каждой то костыль, то корсет. Все куда-то активно ездили по заграницам. Вернувшись, рассказывали, насколько помогло. Отзывы были противоречивыми. Какое-то время это блог-сообщество вело себя как маленький погибающий отряд, в отчаянии посылающий своих бойцов в разные стороны глобуса на разведку.

Но однажды пронеслась благая весть - Аньшань! Все посланные туда бойцы один за другим вернулись с улучшениями. Сначала дамы воспринимали это скептически. Но однажды доза благих вестей превысила критическую.

Сообщество молниеносно сорганизовалось и наняло спецавтобус до места спасения прямым рейсом. Набралось человек двадцать, причём из разных городов.

Настоящая женщина, как бы ей не было тяжело, всегда хочет выглядеть просто офигинительно. Для первой встречи с виртуальными подругами все скромненько, но принарядились. Автобус застрял на подступах к границе, под Хунчунем - таможня шмонала помогаек. Полдня терпеливо ждали, но к тому времени несколько женщин уже обезумели от боли. Какой-то таможенник на свою голову проходил мимо. Из спецавтобуса посыпались ухоженные привлекательные дамы в бриллиантовых серёжках, гипсе, корсетах, наколенниках и протезах. Едва ли не половина из них была адвокатами. Они сумели доходчиво объяснить, правда говоря одновременно и слишком громко, что станет с этой грёбаной таможней в целом и этим замечательным таможенником лично, если их немедленно, тут же не пропустят. Он поморгал и взял трубку: «Петрович, у нас проблема. Тут целый автобус сумасшедших бешеных инвалидок. Пропусти ты их пожалуйста нахрен!!!»

вазочек снесена, дверь самодовольно разлеглась поперёк коридора, и очень хочется повеситься.

Но женщина не искала лёгких путей, а потому нашла в Интернете телефон и позвонила Мужу На Час. Поведала ему о коварстве предметов домашнего обихода. Муж На Час посопел в трубку и поинтересовался, чем он может быть полезен.

– Как чем?! – удивилась женщина. – Ремонтом! Пишите адрес.

Муж На Час тяжело вздохнул, но адрес записал.

В пол-шестого на пороге появился небритый амбал и хмуро вопросил:

– Что чинить?

Хозяйка обрадовалась:

– Вы только по сантехнике? По всему? Здорово!

Бачок в туалете течёт, кран на кухне плюётся, как бешеный, розетка искрит, и вон лампочка перегорела, я пробовала выкрутить – не выкручивается! У вас и дрель есть? А можно ещё зеркало повесить? Можно, да? Ой, как мне с вами повезло!

Амбал взглядом дал понять, что предпочёл бы менее обширное поле деятельности. Но всё же укротил бачок с краном, поменял лампочку, починил розетку, повесил зеркало, заодно передвинул комод и потом спросил:

– Где дверь?

– Двери пока держатся. Спасибо, огромное вам спасибо! – сказала хозяйка.

– Наконец-то наш ЖЭС работать начал. Сколько я вам должна?

– Что значит держатся? А та, которая из шкафа-купе выпала? Сами ж просили.

– Я просила? У меня вообще нет такого шкафа. Ой, вы точно из ЖЭСа? Не подходите! Я кричать буду! Вы что, маньяк?!

– А кто ж ещё? Мы, маньяки, любим маньячить, когда вокруг ничего не искрит, иначе никакого удовольствия. Девушка, не устраивайте цирк. Звонит неизвестно кто, требует непонятно чего, я, как дурак последний, думаю, тётка одинокая, помочь некому, ладно, тут рядом, через дом, чего уж там, а вы мне про маньяков?! Я - врач, а не маньяк по вызову! Делай после этого добро!

– Ой, – сказала рыжая хозяйка и смешно сморщила веснушчатый носик. – Честное слово, я никуда не звонила, клянусь! Может, адрес перепутали? Так не 68-ой дом, 168-ой! Извините, так неудобно получилось! А давайте я вас ужином накормлю! Надо же мне как-то реабилитироваться. Или вы и в 68-ой дом пойдёте?

Амбал помолчал, ещё раз глянул на хозяйку, принюхался и сказал:

– Не будем превращать благотворительность в рутину. А на ужин та самая курица, что догорает в кухне?..

... А женщина из 68-го дома, устав перепрыгивать через дверь, снова позвонила Мужу На Час. С претензиями на предмет «где ваша совесть» и «сколько можно ждать».

– Я вас первый раз слышу, откуда мне знать, куда звонили, я-то нормальный, и со слухом нормально, и с головой! Будете дальше орать или записать вас? На субботу, на следующую. Вот что, заведи себе мужа и указывай ему, что и когда делать, скандалистка!

И бросил трубку, негодяй.

Женщина в сердцах пнула дверь и расплакалась.

И плакала долго.

А поздним вечером позвонила бывшему мужу, который предполагался на всю жизнь, а сложилось так, что по сравнению с жизнью – всего на час. Сквозь всхлипы несвязно рассказала про дверь. И про то, что он ей сто лет не нужен, жила без него, и дальше проживёт. И о том, что ей одной совсем плохо. И дверь тут ни при чём. Абсолютно ни при чём.

Через год, в августе, выходя из загса, женщина шепнула бывшему бывшему мужу:

– Видишь вон ту пару? Мужик здоровый и девица рыженькая, видишь? Это наш хирург из кардиологии. Завтра девчонкам расскажу: всё, поздно, женился, прохлопали парня!

а потому всегда играет с ними открытыми картами, чтобы не дай Бог не сбить с толку...

Одного из таких счастливчиков я знаю – это мой стосорокакилограммовый одноклассник Валера, и вот вам старая история о нем и о его счастливой помолвке.

В стране бурлили 90-е и Валера был королем этого бурлеска – молодым стосорокакилограммовым неженатым королем, с четырехкомнатным королевством в центре Львова, 500-м Мерседесом, серьезным авторитетом и даже сиамской кошкой.

И вот однажды Валера влюбился, влюбился всепоглощающе, как третьеклассник влюбляется в десятиклассницу.

Она была студенткой и звали ее Маша.

Бедный счастливец забросил все дела и носился только со своей Машулькой. Он мог даже с бандитских разборок отпроситься и убежать, чтоб только не опоздать и успеть забрать Машу после Универа.

Никаких ресторанов и бань с девочками, никаких пьянок, все это потеряло для Валеры всякий практический смысл.

Как-то он выдал мне толковое определение, что же такое любовь – «Любовь – это когда все женщины мира делятся в твоей голове на две неравные группы: в первой, маленькой и убогой группке – все женщины мира, а во второй, огромной – ОНА…»

Влюбленные были вместе уже полгода, но что самое интересное, «были» - это не значит жили, а только встречались, ходили за ручку в кино, на концерты, в парк и в гости к Валериной маме, которая просто обожала Машу. Редко, но все же бывают такие девушки, которые до свадьбы ни-ни…

И Валере – это даже нравилось, кто бы мог подумать.

Наконец-то наш жених дозрел до осмысленного шага - предложения руки и сердца, и был в душе уверен, что Маша не откажет.

В один прекрасный, дождливый вечер (во Львове все вечера дождливы, но каждый по-своему прекрасен) влюбленные, как бы случайно зашли в маленький ресторанчик, в котором «случайно» оказался свободным самый лучший столик у окна.

Сели и не сговариваясь принялись смотреть в глаза друг другу, ведь оба чувствовали, что в этот вечер произойдет что-то очень важное.

Негромко заиграла нежная мелодия, свет в зале, «почему-то» слегка зажмурился, а официант принес подсвечник (только на их столик принес).

Валера теребил в кармане бархатную коробочку, которая отлично впитывала пот с мокрой ладошки, но тянуть дольше было глупо, да и Машины глаза улыбались в блестках свечи, она все чувствовала, все понимала…

Валера решительно положил руку на стол и был уже готов разжать кулак с красной коробочкой, но стол неожиданно покачнулся. Даже бокалы задрожали. Видимо, одна из ножек стола была чуть короче других.

Валера откашлялся и начал свою речь:

- Любимая моя Машулька…

Но Маша, улыбаясь, неожиданно перебила жениха:

- Валерчик, погоди, вначале нужно сделать, чтобы все у нас было идеально, потом продолжишь что ты хотел сказать.

Она быстро порылась в своей сумочке, достала какой-то листок бумаги, сложила его в четверо и ловко подложила под ножку стола. Потом вскочила, поцеловала Валеру в нос и защебетала – «Валерчик, подожди секундочку, я только туда и обратно, чтобы уж не отвлекаться» вскочила и убежала в дамскую комнату.

Все посетители ресторана поглядывали на Валеру и улыбались, даже они уже догадались – что же сейчас должно произойти за столиком у окна, когда из туалета вернется девушка.

Валера смотрел на красную бархатную коробочку и думал: - «какая же она у меня все-таки хозяйственная… это же надо, заметила, что стол качается, р-р-р-а-з, подложила бумажку и он уже стоит как вкопанный»

Попробовал пошатать столик, но он все еще слегка качался. Просто нужно ту бумажку еще раз согнуть вдвое, тогда будет идеально.

Вынул из под ножки сверток и увидел, что он исписан мелким почерком. Развернул и машинально стал читать. Это оказалось письмо:

«Машка – с@ка!

Ты заразила меня триппером! Тварь! А я заразил жену. Тебе хана!

Ошибки быть не может, я узнавал у твоего Толика, у него тоже триппер от тебя!

А если ты еще и цыгана заразила, то сразу вешайся.

С тебя 100 баксов за лечение. Лучше не прячься, а собирай бабки. Я приеду - все равно найду тебя в университете, тогда будет хуже, да еще и Толику скажу – где тебя искать.

Так что лучше тебе заплатить, пока я тебя не нашел и не закопал…».

Валера положил письмо на столик, в очередной раз поблагодарил свою судьбу и тихонечко удалился, чтобы ненароком не оторвать Машеньке голову.

Просто уйти из ресторана было неудобно перед людьми и Валера зашел в мужской туалет, а уже оттуда вылез на улицу через малюсенькое окошко.

В ту же секунду, его нечеловеческая любовь улетучилась, превратившись в пар и сероводород…

рядом с набережной, на которой в обеденный перерыв большинство наших сотрудников, после приёма пищи, совершали променад. И среди горожан сия набережная пользовалась любовью и общим признанием, как место, где можно прогуляться, обозреть окрестности и живописные виды реки нашей-матушки. В общем место козырное. Любовь к дневному променаду привил мне мой коллега, назовем его «Старый». Бывший военный, очень серьезный и умный человек с серьезным прошлым, о нём и его похождениях я расскажу как-нибудь позже. Но в отличие от наших коллег по работе, мы как прожженные офицеры, прошедшие разного рода горнила, гуляли в любую погоду, не смотря на дождь, снег, ветер и температуру. И вот в один из ноябрьских дней, когда температура воздуха была около нуля градусов, шел противный мелкий дождь со снегом, а ветер с реки был такой, что забирался под форменные бушлаты и кителя, мы со Старым совершали увлекательную прогулку по набережной, курили свои цигарки, болтали о жизни, скучали. И тут… перед нашим взором появляется оно, «чудо». Это чудо приехало на голубеньком Хундай Гетс, имело длинные белые волосы, ноги от ушей, ясно-голубые глаза, одето было в голубенькую дубленочку до пояса, с отделкой голубеньким мехом, голубенькие сапожки до колен и с голубенькой дамской сумочкой. Чудо долго и томно выходило из машины, сначала одна нога встала на асфальт, затем другая, часть тела, которая еще сидела в машине покрутило головой и вышло наружу. Картинно расправила волосы на ветру, расправила плечи, оглядела немногочисленную публику и… вытащила из машины карманную собачку из серии: раз кот сожрал – значит крыса, на голубеньком поводке, с голубеньким ошейником и в голубеньком комбинезончике. Поставило это чудо свою крысу на асфальт, закрыло машину и пошло дефилировать по мощеной брусчаткой набережной, ведя на поводке карманное животное, как раз в сторону, где угрюмо пыхтя цигарками шёл я и Старый. Не дойдя до нас метров 15, у чуда случился конфуз. Под порывами ветра и дождя со снегом организм карманной крысы, утепленный комбинезоном, не вынес переохлаждения и выполнил команду – «завершение работы». В результате чего лапы животного подкосились и издавая утробный стон, очень похожий на выход воздуха из надутого шарика, собака рухнула во всём своём офигенском прикиде в лужу с грязью и снегом, и поджав лапы продолжило там лежать и стонать. На призывы Чуда встать и продолжить дефиле, животное реагировало воем и отказом выполнять любые команды. Даже такая операция, как дерганье за поводок, которая грозила оторвать этому гламурному зверью башку, не принесла успеха. Но подёргивание поводка привело к другому результату, оно интенсивно двигало собаку по грязной луже, все более пачкая гламурный комбинезон. В конце концов Чудо не выдержало и психануло. Взяв свою крысу за ручку, что была пришита на спине комбинезона, оно швырнуло зверюгу на заднее сиденье машины и отряхнув испачкавшиеся ладошки и сожалея о столь провальном дефиле с выражением лица – я еще вернусь, плюхнулось без изящества за руль авто. Взревел двигатель, вскинулась головка с белыми волосами в лобовом стекле, и машина заложила крутой вираж. Пытаясь уйти с высоко поднятой головой и развернуться на узкой улочке на одном дыхании, Чудо не вписалось в габариты проезжей части и налетело колесами на довольно высокий поребрик тротуара. Колеса на поребрик заехали, но бампер на него заезжать не захотел и остался на проезжей части. Машина взбрыкнула как бешеная коняги и удалилась за поворотом. О неудавшемся дефиле напоминали куски голубого бампера на проезжей части. Сказать, что мы с Старым ржали как кони – это ничего не сказать… складываясь пополам, мы еле дошли до работы и ржали почти до конца рабочего дня. И каждый раз, когда я вижу на улицах нашего города гламурную куклу, то вспоминаю этот случай и всегда вспоминаю Старого.

P. S. Старый, если ты это читаешь, я скоро приеду, здоровья тебе…

анекдот».

Услышь я это в России – не удивился бы. Но тут, что-то меня кольнуло.

Зная, что в Штатах женщины водят машины с момента их появления лет 100 назад, и что в Америке уже был миллион автомобилисток-женщин когда Россией ещё ЦАРЬ Николай правил и до Революции еще несколько лет оставалось, и что там авто для девушек - как стиральная машина у нас...

Вобщем этот момент мне показался странным, ну как если бы американец вдруг рассказал на английском анекдот про Василия Иваныча и Петьку…

Посмотрев программу я узнал, что ночью-или утром, уже не помню, эту передачу повторяют. Записал передачку на рекордер. Днём поставив очень громкий звук стал слушать, что же говорит тот американский чувак на самом деле. Голос переводчика по-русски звучал так громко, что на улице было слышно – но ничего не поделаешь, мне надо было расслышать английскую речь.

Результат: дядька на самом деле рассказал очень короткий и неприличный анекдот где присутствует женщина и некоторые части женского тела.

Пересказывать такой анекдот по ТВ нельзя было категорически и его заменили банальной для русского уха историей про бабу-дуру в автомобиле.

А вы говорите – подлоги при ТВ-монтаже!

завернула в хлебный, мясной, овощной и наконец попала в рыбный. И так мне до коликов в желудке захотелось жареной рыбки: в муке обвалять и обжарить хвостатую на сковородке. Выбор пал, конечно же, на треску. Мы, архангельские трескоеды, давно свои сердца отдали этому чешуйчатому пловцу.

Принесла домой рыбёху, достала сковороду, ливанула масла и приступила к жарке. В животе скрипело так, будто кишки объявили гражданскую войну. Пока тресочка шкварчала и румянилась, я решила, что к главному блюду нужна закуска. Да и вдруг не наемся я рыбой — всё же блюдо-то диетическое.

И тут мой остервенелый взгляд упал на пакет в углу с картошкой. Из этого крахмального депозита можно сварганить и пюре, и запеканку, и просто хрустящую похрумкать. Но мне страшно захотелось драников. Уж если и бить по печени, то из всех оружий!

И вот на двух сковородах всё шкворчит, пищит, дымится. Переворачиваю всё это благолепие, а глаза глядеть не могут на деликатесы, которые ещё вкусить нельзя. Слюной захлёбываюсь, руки трясутся, слеза течёт. От несправедливости и немного от репчатого лука.

И смотрю я на весь этот пир и чую своим женским сердцем, что чего-то не хватает. Вот будто бы вишенки на торте, последнего штриха великого повара. Вы тут уж подумали обо мне что-то нехорошее? Что нибудь приличное и интеллигентное? Стаканчика пенного не хватало на этом празднике жизни!

Дожарив рыбку с драниками, накидываю на себя тулуп и бегу в ближайший магазин, предлагающий напитки пенные и хмельные. А там вечерняя очередь! Будто не в приличном районе на окраине Москвы живём, а в какой-то Чехии. У каждого покупателя в корзинке по несколько склянок.

Схватив бутылочку, я тоже встала в очередь к алкоголикам и тунеядцам. Кассу оккупировал мужик, который явно сегодня ждал в гости барышню. Мартини и шампанское об этом кричали, а маленький шкалик коньяка хрипел, что всё это не его!

Позади меня быстро образовалась очередь из таких же неблагонадёжных экземпляров. Женщиной как назло в этой сомнительной компании я была единственной.

И наконец подходит моя очередь на пробитие пенного, за которым я неслась, оставив дома дорогих детей — треску и драники! Гордо кладу бутылку на стойку, без стеснения смотрю в глаза парнише за кассой. Паспорт попросишь или спросишь, как я до жизни такой докатилась? Желудок визжит, что есть мочи, глаза дикие, руки трясутся от голода. Одета в какие-то дедовские штаны, а из под куртки виднеется фланелевая рубаха.

А паренёк-то бутылочку пробивает, глаза свои голубые на меня поднимает и молвит:

— Девушка, как же от вас пахнет приятно!

Ну вы посмотрите, какие нынче джентльмены в питейных точках-то работают. Ещё и девушкой обозвал. И парфюм мой новый унюхал, а он как раз пару дней всего у меня в обиходе.

— Ой, это новые духи у меня! — зарделась я, позабыв, что стою-то в алкомаркете в домашних штанах с бутылочкой пенного. И волосики так ать, игриво.

Паренёк пару секунд шестерёнки в голове загружал и выдал:

— Неее, не духами! Рыбкой от вас пахнет и, кажется, картошечкой! — и добавил с придыханием, — Божественно!

Вот так вот, девочки, а мы всё: ваниль, мускус, амбра. Рыбка с картошкой — хит этого сезона!