Женские истории #работа

чем красота, меня поражала одно обстоятельство: где бы эта девушка не появлялась, она всегда была со своей крошечной дочкой на руках. Маленькая девочка с синюшными губами и землистым личиком. Врожденный порок сердца. В свои 2 года девочка не ходила, трудно дышала полуоткрытым ротиком.

Мария хмурилась, сдерживая слезы: девочке давали не больше года жизни.

Жизнь покатилась своим чередом, мужа пригласили на работу в приморский город и я надолго потеряла из виду Марию. Слышала только, что из Америки приехала ее старшая сестра Рита и забрала Марию с дочкой с собой. Говорили, что пробивная Рита, якобы, удочерила племянницу и добилась для девочки в США дорогостоящей операции на сердце.

И вот месяц назад, спустя 25 лет я получила письмо от Марии. Она сообщала, что ее дочка Элиза едет в гости к больной бабушке и просила девушку встретить.

Каюсь, я ожидала увидеть худенькое слабенькое существо, а из дверей аэропорта, широко шагая, вынеслась рослая девица, стриженая и в шортах военного образца.

Со всей решительностью Элиза отмела все мои робкие попытки показать ей пляж и парки развлечений: «Я приехала к больной бабушке, а не отдыхать. Покажите мне, где автобус в поселок. »

До автобуса дело все-таки не дошло, мы поехали на моей машине.

Бабушка, худенькая, заплакала, встречая внучку. Была бабушка в каких-то опорках и отрепьях, очки перемотаны скотчем. Элиза нахмурилась.

Бабушка повела нас в дом. Оказалось, что своей комнаты у нее нет, старушка ютилась в кухне на топчане. Элиза нахмурилась еще больше.

Поднялись на второй этаж. Три просторных роскошных спальни, одна комнате оборудована под спортзал: маты и тренажеры. Брови Элизы встали буквой «V».

Вечером все дядья и тетки собрались во дворе. Сначала, как полагается, выставили угощенье, пили за здоровье бабушки и внучки. А позже начался главный разговор.

Как выяснилось, после смерти мужа бабушка осталась без кормильца, поскольку с пятью детьми никогда не работала официально. Небольшой бизнес мужа тут же прогорел и теперь дети, переругиваясь, по очереди ее кормили. Но. Бабушке потребовалась дорогостоящая операция на почках. И тут-то все и началось. Крик стоял на всю улицу. Немолодые, солидные, хорошо обеспеченные люди махали руками и доказывали, что именно сейчас они никак не могут выкроить эти немалые деньги.

И только Элиза молчала. Я видела, ее прищуренный взгляд и пальцы, все крепче сжимавшие сигарету.

Накричавшись, родственники разошлись, так ничего и не решив. А мы с Элизой вернулись в город.

Неутро мы отправились в банк, где был открыт счет на имя бабушки. Роясь в сумке, девушка досадливо бормотала, что только что закончила университет, платит кредит и много посылать не сможет.

Дома она меня удивила. Посыльный из интернет-магазина вручил ей нехилый такой электрошокер. В ответ на мой изумленный взгляд Элиза только усмехнулась: «Так надо».

Назад в поселок Элиза поехала одна: «Спасибо, я теперь дорогу знаю. »

А через неделю примчалась одна из теток с вытаращенными глазами.

Как выяснилось, Элиза решила вопрос с лечением бабушки радикально. В свое время дед и бабка построили большой двухэтажный дом на 400 кв. метров. В этом дома бабушка и жила вместе с младшим сыном и его семьей.

Элиза, с согласия бабушки, выставила дом в интернет на торги и за 2 дня его продала. Часть суммы пошла на бабушкину операцию, часть в банк под проценты, а на остальные деньги купила маленький уютный домик.

На вопрос ошарашенного сына: «А где мне теперь жить? » - девушка ответила лаконично: «Заработай».

Тетка трясла головой и ахала: «А теперь этот сын в больнице! »

Вот только тогда я и поняла, зачем Элиза купила электрошокер.

а "Улица Членов". А поскольку в этом районе обитают в основном выходцы из Эфиопии, то русскоязычные тель-авивцы называют эту улицу не иначе как улицей Черных Членов.

Живет на этой улице девушка Лиля. Днем она работает, вечером учится, и как только выучится и найдет работу получше, непременно переедет в другой район, но вот пока так. Обитатели улицы не слишком ее беспокоят, за исключением соседа Йоси. У него есть привычка, возвращаясь с гулянки часа в 3-4 ночи, спьяну путать Лилину дверь со своей и ломиться к ней с громкостью молодой гориллы.

Пьяный Йоси не агрессивен. Если сказать ему раза 3-4: "Ты ошибся, это не твой этаж", он понимает и уходит. Но эти побудки повторяются почти каждую ночь, заснуть после них Лиля не может и весь день чувствует себя разбитой. Вызывать полицию из-за такой ерунды глупо. Разговаривать с Йоси бесполезно: он клянется, что больше не будет, но на следующую ночь все повторяется.

Лиля обратилась со своей проблемой к френдам в Фейсбуке. Ей дали два дельных совета: 1) попросить друга-спецназовца поговорить с Йоси по-мужски и 2) пометить дверь так, чтобы Йоси даже в самом сумеречном состоянии не спутал ее со своей. Друга-спецназовца у Лили не оказалось, зато нашлась подруга-художница. Русскоязычная тель-авивка, естественно. С соответствующим ассоциативным рядом.

Теперь Лиля спит спокойно. А в одном из домов на улице Членов появилась местная достопримечательность: ярко-розовая дверь, на которой изображен черный член высотой в пол-двери и надпись: "Йоси, твоя квартира этажом выше".

и давно немодная мебель с пластиковыми завитушками. На самом видном месте, стоя на своей личной этажерке, красовался когда-то дорогущий серебристый, японский кассетник с кокетливо накинутым вышитым платочком.

Сама хозяйка такая же противоречивая: китайский шелковый халат ручной работы и в то же время нелепые, красные, пластиковые серьги в ушах.

Хозяйке на вид лет под восемьдесят, но она все еще кокетка.

Я с оператором приехал снимать эпизод для фильма о жизни российских пенсионеров.

Развернулись, начали. Оказалось, что нашей старушке довелось видеть: Кеннеди, Никсона и даже здороваться за руку с Картером, она много лет проработала в Америке. Показала нам плюшевый альбом с фотографиями. Очень впечатляюще.

Вдруг возникла техническая заминка – этот нехороший человек - оператор, забыл запасной аккумулятор.

Сидим, простаиваем, пьем чай с сушками, ждем машину с аккумулятором.

Тут я, чтобы сделать хозяйке приятное, говорю:

- Какой роскошный у Вас магнитофоннище, я в детстве о таком даже и не мечтал. Наверняка до сих пор еще работает?

- Да вы знаете – это была моя самая любимая вещь. Мне его покойный муж подарил, еще в Вашингтоне. Мы днями и ночами слушали. У него такое бархатное звучание, вы бы только слышали. Но к сожалению – при перелете, радио сломалось, наверное грузчики в аэропорту чемодан шибанули. Так жалко, так жалко. Кассеты только и работают, я вот Высоцкого слушала, но одно и тоже годами крутить не будешь, с ума сойдешь, а новых кассет, для него уже не продают. Так и стоит как памятник, только глаз радует, уже лет двадцать пять наверное. Я давно махнула на него. Какой смысл без радио?

Вдруг бабулька затрясла головой, видимо о чем-то запереживала и на что-то решалась. Решилась и сказала моему оператору:

- Молодой человек, Вы все-таки технический человек, камерамен, может попробуете отремонтировать радио? Шумы и щелчки там присутствуют, а музыку почему-то не играет. Я уж и так и эдак, думала антенна не ловит, таскала по всей комнате и ничего. Видимо здорово его долбанули.

Старушка убежала, подвигала мебель в другой комнате и вернулась с диким набором инструментов: ржавая плоская отвертка, кусачки, медицинский пинцет, давно потекшие круглые батарейки и моток тонких проводов.

По этому набору было видно, насколько страстно старушка желает реанимировать своего старого сломанного друга.

Оператор хихикнул, хитро посмотрел на меня и ответил:

- Не, я не умею ремонтировать приемники, я только в камерах понимаю. Пусть вот режиссер попробует, он у нас главный.

Я отпираться не стал, вежливо отказался от предложенных «инструментов», снял с этажерки магнитофон и ушел с ним на кухню, там светлее.

Уже через две минуты, на басовитые «бэмцы» русской попсы, ко мне прибежала пораженная хозяйка с оператором. Вся кухонная посуда позвякивала в такт музыке, я даже сам испугался. Звук и правда был хорош. Умели когда-то делать.

Бабулька, то смеялась, то плакала, то прижималась щекой к динамику, она юлозила стрелкой по шкале, ежесекундно меняя музон и немогла поверить своему счастью:

- Ребята, вы такие молодцы, просто спасли меня! Радио заработало еще лучше чем в Америке!

…Когда привезли аккумулятор и съемка продолжилась, бабушку, как подменили – глазки загорелись, сама повеселела и помолодела лет на двадцать. Много ли человеку для счастья надо... ?

Я даже не знаю, как смонтирую вторую часть с первой. Ну, просто – два разных человека.

Когда мы уходили, старушка даже слезу пустила и на прощанье поцеловала меня в щечку (оператора, правда, тоже, хоть он и не заслужил)

Я так и не рассказал - каким образом мне так ловко удалось отремонтировать ее старый магнитофон и в чем была поломка. Просто пожалел ее чувства.

Дело все в том, что двадцать пять лет тому назад, когда она прибыла из славного города Вашингтона, в Москву, тут даже в проекте еще не было ни одной FM станции. Теперь-то их, конечно, стало чуточку побольше…

Вот старушка по приезде из Америки, подергала, подергала, недельку, другую, отчаялась, плюнула и за все эти годы так и не удосужилась хоть разок переключить заветный тумблерочек в положение – «RADIO»

Поневоле вспомнишь лягушку, взбившую масло в кувшине.

Не забыть бы и самому подергать все свои тумблерочки.

Мало ли…

всегда был готов «к вылету» за пять минут: побрился, натянул рубашку — и в строю. А она… Моя копуша, моя вечная жемчужина, способная растянуть сборы на целый ритуал. В тот вечер она упорхнула в ванную, и оттуда долго доносилось щебетание воды и шелест шампуней.

Решил помочь — проявить рыцарскую инициативу. Захожу с предложением: «Душ принять помочь? Спинку потереть? ». И застываю на пороге.

Она стояла, склонившись над бритвой с сосредоточенным видом ювелира, обрабатывающего алмаз. И занималась… ну, скажем так, филигранной ландшафтной работой в самых сокровенных окрестностях.

Я опешил.

— Ты это… зачем с такой тщательностью? — выдавил я, чувствуя, что мой мир слегка накренился.

Она подняла на меня глаза — чистые, ясные, сияющие непоколебимой уверенностью.

— Ну как же! Там же столько людей будет!

В её голосе звучала такая непоколебимая логика, будто она сообщала о необходимости взять зонт из-за надвигающегося дождя. Я молчал, пытаясь перезагрузить мозг. Она же, видя мою оторопь, добавила мягко, с лёгким смущением:

— Ну я это… просто по привычке.

Вечером на той вечеринке, заливая в меня пиво (которое я пил, всё ещё пытаясь осмыслить произошедшее), она объяснила свою философию.

— В человеке всё должно быть прекрасно, — говорила она, смотря на меня так, будто открывала великую истину. — И дело не в том, кто увидит. Дело в ощущении себя. Идеально — до мелочей.

Я смотрел на неё — сияющую, уверенную, абсолютно гармоничную в своей «логике» — и понимал, что женился на гении. На странном, удивительном, непредсказуемом гении, который всегда будет для меня загадкой.

И знаете?

С тех пор прошло много лет. Но каждый раз, собираясь на людное мероприятие, я невольно провожу рукой по подбородку и думаю: «Вдруг и мне нужно… для порядка? ». На всякий случай. Вдруг там людей будет много?

А она до сих пор улыбается той своей таинственной улыбкой — и я понимаю, что женская логика не поддаётся законам вселенной. Она просто есть. И это прекрасно.

Милая девочка по имени Катя.

Рыженькая, а не блондинко, так что вполне справляется с работой – обслужить уже настроенный сервер, показать с помощью спец ПО шефу-дядюшке чем занимаются его сотрудники на служебных компах в служебное время, и отрубить доступ всем кто ей не нравится!

Я девочке Кате не нравлюсь – понравится не пытаюсь, комплименты не говорю, когда приходит не вскакиваю глупо лыбясь и щебеча, очередь в кафешке не занимаю. Шоколадками не угощаю! Умные ее мысли не слушаю!!!

ЦУ не выполняю!!! !!!

Непорядок! И в конце месяца я все же достукался. Милая но мстительная девочка Катя отрубает мне доступ практически ко всем сайтам – не используемым одножадникам, часто используемому гуглу с персональным почтовым ящиком на который сходятся все нужные рассылки, закрывает доступ к стокам-хранилищам фотографий и файлопомойкам. Фактически доступ есть только к почтовому ящику газеты. Который мне вообще не требуется. Я про это узнаю только в очередной понедельник когда приезжаю на место…

Понедельник…

Штук десять рекламных модулей про которые вспомнили только сейчас но которые уже оплачены и даже наверное уже освоены… Три модуля которые сняли потому что не смогли дозвониться до их подателей чтобы узнать будет ли они оплачивать продолжение печати и теперь эту дыру надо забить какой-нибудь статьей…

Интернет… А нету Интернета! На попытки зайти почти на любой сайт издевательская надпись по англицки что то там про политику доступа и рекомендацию обратиться к системному администратору. Пару раз пользуюсь свободными компами коллег, что то начинается и вырисовывается. Но это не выход. Времени теряется уйма за перемещениями, да и у них тоже половина сайтов не пашет. Хотя все не так остро как у меня.

Выход пытаюсь найти в использовании Интернет-прокси. Не получается!!! !

Потому что доступ почти ко всему заблокирован – а я не суперхакер – прокси пользую как обычный человек захожу на сайт специальный в специальном поле вбиваю нужный адрес. И все. Время поджимает, раздражение растет…

И вот тут то выясняется что хотя девочка-сисадмин Катя достаточно продвинута для блокировки доступа, она все же не достаточно умела чтобы блокировать деятельность полезной вещи под названием Tor! Запускаю, и все ок! Интернет появляется!

Торжество разума над рыжим сисадмином!

Однако увлекшись новостями которые можно превратить в статью я забываю о специальном ПО которое стоит на компе начальника газеты и начинает жутко верещать показывая что что-то неизвестное ломится в сеть! Шеф выпучив глаза рычит на сисадмина которая сидит за соседним столиком как секретарь референт, пламенеющая от злости сисадмин увидев чей это компьютер «не подчиняется» тащит своего родственника ко мне.

Шеф рычит! Сисадмин торжествует!

Спокойно объясняю, использую такую специфическую программу так как времени нет – газету скоро сдавать, с компом проблемы потому что нет нормального доступа в Интернет – сисадмин его не дает!

Шеф увидевший картинку на мониторе – сайт новостей, а вовсе не п@рнуха под предлогом которой он и санкционировал террор в офисе – уясняет что лично мое дело правое, газету скоро сдавать, рекламу за меня никто не доделает… Орет не снижая голоса:

- Катя ты почему Саше не даешь! Ты же видишь он работать без этого не может!

Офис затихает от пикантности момента, Катя понявшая слова шефа абсолютно правильно и понимающая что ей надо срочно как то выкручиваться начинает объяснять ездя по ушам техническим жаргоном сисадмина маргинала «что мол доступ она прикрыла потому что это очень важный для редакции компьютер а на нем нет средств предохраняющих его…» Шеф человек далекий от компьютеров а потому уловивший и понявший только последние слова орет еще громче:

- Ну так найди эти … презервативы… И дай ему немедленно!!! !!! ! ! Ему работать срочно надо!!! ! !

Шеф убегает вращая глазами, офис лежит в истерике, а милая девочка Катя наконец сообразившая что именно рычал любимый начальник пунцовая уносится в даль.

Интернет появился у меня в полном объеме через пять минут, а у офисных появились новые шутки: «У нас дизайнер сегодня злой потому что ему Катя не дает! » «Катя ты когда наконец дашь дизайнеру! » «А чего дизайнер сегодня добрый, ему Катя уже дала? »

жопой вперёд. Мужик втаскивает тело в коридор, кладёт на пол и протягивает мужу мокрые и перепачканные в песке трусы и лифчик жены, со словами – «Это тоже вам», разворачивается и уходит от ох[рен]евшего от всего этого мужа. Представили?

Ну так вот, однажды мне пришлось в этом поучаствовать, в качестве мужика доставившего жену.

А начиналось всё великолепно, в пятницу часа в три на работе был устроен небольшой банкетик, в честь дня рождения заместителя главного бухгалтера. В начале, на мероприятии присутствовало человек двадцать, к шести часам вечера народ в основном разошёлся, осталось восемь человек, бухгалтерия в полном составе, начальник ПТО, сметчик из его отдела, девушка геодезист и я главный инженер. Видно не сильно торопясь домой, пьяненькая разведенная сорокалетняя главбух предложила продолжить мероприятие на природе. Было начало июля, погода стояла жаркая, и проведение данного мероприятия было почти единогласно одобрено.

Рассевшись по машинам, благо у меня и главбуха имелись служебные авто с водителями, решили ехать на бывший песчаный карьер, где имелось великолепное озеро с чистейшей водой. Заехав по пути в магазин и затарившись спиртным, мы приехали на берег озера. Расположились на песчаном пляже и продолжили пить и закусывать. Народ всё больше раскрепощался и пьянел, решив охладится главбух, сняв юбку и блузку в симпатичном нижнем белье плюхнулась в воду, несмотря на отсутствие купальников девчонки из бухгалтерии последовали за своей начальницей, затем и остальные полезли в воду. Вдоволь наплескавшись и наплававшись и сняв в кустах мокрое бельё, наша компания тронулись в обратный путь. Так как все жили в разных частях города, то по машинам расселись с учётом места проживания. Со мной поехали птошник и две девчонки из бухгалтерии.

Так получилось, что последней мне пришлось доставить домой совершенно пьяную бухгалтершу Юлю, молодую двадцатисемилетнюю женщину с очень хорошей фигуркой, одетую в лёгкий сарафанчик на голое тело, которая заснула по дороге и ни в какую не желала приходить в себя. Вытащив с водителем из машины отключившуюся даму и открыв магнитный замок в подъезд ключами взятыми из её сумочки, я скомкал и засунул в карман её мокрое бельё валявшееся на полу машины, взвалил на плечо Юлю и прихватив её сумку направился к лифту.

В понедельник, несмотря на страшную жару, Юля пришла на работу в брюках, водолазке и в больших тёмных очках закрывающих половину лица. Так ей пришлось ходить на работу недели две, видимо пока не прошли поставленные мужем синяки на лице и теле.