Женские истории #мама

вперёд! »

Я подумал, что он по телефону командует установкой декораций, пожал плечами и вышел из кабинета.

После обеда, крики из кабинета Вадима только усилились - «Стена! Стена! Ты меня слышишь! ? Стена - назад! Как уронила? Ну, твою же мать! Извини, сосредоточься, начнём сначала…»

И уже к вечеру послышалось – «Верх - вперёд! Дверь - вперёд! Низ - назад! Живот - назад! Всё! Должно быть всё! Всё! ? Правда всё! ? Ура! Мама, я тебя люблю! Ладно, давай, охрип уже с тобой и так целый день дурака проваляли. Все, целую, папе привет! »

Мне стало очень интересно, я заглянул в кабинет. Довольный Вадим метнул кубик рубика в ящик стола, дрожащей зажигалкой поджёг сигарету, и сказал:

- Х-у-у-у-у-у-у, целый день не курил. Кто молодец? Я молодец! А я, кстати, громко орал?

- Да, как будто командовал тушением пожара в школе глухонемых. А что случилось?

- Да, в общем то фигня, если разобраться, но ведь это Мама.

Далее он в красках, лицах и со смешными подробностями рассказал свою историю, но я упрощу её до обезжиренного сухого остатка:

Старенькие родители нашего генерального продюсера Вадима, живут за три тысячи километров от Москвы, в малюсенькой деревеньке у реки Чулымы. В последнее время отец забросил все хозяйские дела, пристрастился к самогоночке, валялся на диване и безуспешно пытался собрать кубик рубика. Мама все пилила его и отец, вдруг поставил матери ультиматум – «Раз ты такая тут умная, то сама собери мой кубик. Соберёшь, даю слово офицера - тут же брошу пить и в тот же день проведу свет в погребе»

А отец Вадима, если пообещал, то сделает, он у него бывший командир танкового полка…

блондин – был его лучший друг Андрей - моя первая неземная любовь.

Когда он впервые меня целовал, мне пришлось немножко согнуть ноги в коленях, чтобы стать ниже и не подставить ему невзначай свой подбородок. Мы могли часами болтать обо всём на свете, делили наушники плэйера, слушая стенания Тани Булановой, катались на найденном на свалке мопеде… Он читал мне стихи собственного сочинения – я их ненавидела, я вообще ненавижу стихи.

Но он этого не знал, потому что я была умной и МУДРОЙ ЖЕНЩИНОЙ! Поздними вечерами, провожая меня до двери родительского дома, мы зачастую ещё долго не могли расстаться друг с другом. А ночами я мечтала, как мы поженимся и он заработает деньги мне на операцию по укорачиванию ног. Часто снились и кошмары, в которых наши дочки, а их было почему-то всегда семь, были огромными дылдами, на две головы выше их отца…

Но как говорится, любовь слепа и я почти была счастлива. Идеальный образ моего Андрея омрачали панический страх воды и неумение плавать, что для меня стало полной неожиданностью, когда он мне об этом поведал и даже ввергло в отчаяние.

Дело в том, что сама я морж, пингвин, сазан и г…но в проруби вместе взятые. Я могу ЖИТЬ в любом водоёме выше щиколоток и не вылезать сутками из воды. Но я буду не я, если не научу Любовь всей жизни плавать! И мы приступили к занятиям.

За лесополосой разлилось небольшое озерцо. Пологий берег, тёплая зеленоватого цвета вода и хоть на двадцать метров отплывай, глубина «по шейку». В общем условия были отменные, к тому же и людей там практически не бывало, стесняться некого.

Первый блин, как известно, комом: Когда мы зашли по пояс в озеро, подул лёгкий ветерок и мой ненаглядный помчал «по девятишквальной волне» так, что Иисус бы очень удивился, шагая он в это время по озеру.

Мой отец – в прошлом моряк – всегда говорил мне: «Никогда не считай себя сильнее моря, но и не показывай ему свой страх. Вода обволакивает, она никогда не обидит, если ты будешь доверять ей и сохранять спокойствие. « Наверное тогда Андрей впервые усомнился в выборе любимой, когда именно эти слова я ему и говорила. В его глазах отчётливо читалось: «ЧЁ? » Но я росла в полноценной семье и у меня был не только отец, но и мама, которая в свою очередь учила меня никогда не опускать руки и не сдаваться. И я придумала. Нам нужны были ЛАСТЫ!

Вдуг кто-то не знает, я поясню: Даже если на кирпич надеть ласты, он поплывёт! Вот и я на следующий день нарядила своего суженого и в буквальном смысле ряженого в ласты. Могу с уверенностью сказать, что солидней выглядеть Андрей не стал. Ко всему прочему он ещё и разучился ходить. Хотя давайте по честному, вы сами пробовали когда-нибудь шлёпать в ластах?

С горем пополам мы достигли подходящей глубины. Солнце тепло грело, вода сверкала и ничего не предвещало беды. Теорию мой будущий муж освоил на суше «на Пять». Практически же пошло всё не так гладко, но уже в скором времени мы действительно ПОПЛЫЛИ. Дельфин в ластах и русалка.

Мой Ихтиандр был счастлив, меня распирало от гордости… за саму себя. Так как я находилась в воде постоянно на расстоянии вытянутой руки, Андрей становился всё уверенней и уверенней. И тут произошло непоправимое – с его ноги соскользнул ласт… и он пошёл ко дну как Титаник. Ага, если бы!

Мой Леонардо со всей дури вцепился мне в голову и начал топить. Охваченный настоящей паникой, он схватился за плавающий на поверхности ласт и огрел меня им по уху. В ушах зазвенело, в глазах засверкало, воздуха не хватало и я не могла поверить, что через пару секунд уйду на веки вечные на дно. Пытаясь высвободиться и вынырнуть, я собрала всю волю в кулак и из последних сил врезала ему в глаз.

Ихтиандр обмяк и тоже решил составить мне компанию «на дне морском». Сумев наконец принять вертикальное положение и встать на ноги, я поволокла горе-жениха на сушу. Ещё «по дороге» он восстал из мёртвых, но вёл себя тихо и мешком … висел на моей руке.

На берегу мы молчали. Молча добрались до посёлка. Молча разошлись. К вечеру у меня опухли щека и ухо и мама пыталась уговорить меня, рассказать ей всю правду: «Кто и за что меня ИЗБИЛ?! »

Наверняка вы догадались, что на этом моя неземная любовь расстаяла, рассосалась и испарилась. В тот же вечер мне позвонил Андрей и сообщил: «У меня фингал, дура! » и бросил трубку. А я с тех пор, знакомясь с парнями, задавала главный вопрос: «ТЫ ПЛАВАТЬ УМЕЕШЬ? »

И у них в сцене соблазнения главного героя был танец.

Были они на гастролях, мотались по небольшим сельским клубишкам. Изначально на сцене было достаточно много декораций - скалы, деревья, кусты и прочие атрибуты волшебного мира. Но, по мере уменьшения площади очередной сцены, всё не выставляли.

С этим спектаклем у мамы сразу не задалось. Вернее, с первого дня гастролей почти на каждом представлении с ней что-нибудь происходило. Началось с того, что в танце, темпераментно раскрутившись, Фея улетела в кулисы. В другой раз повисла на расписном заднике. Это расписная ткань, которую вешают позади декораций. Когда на третьем спектакле она нечаянно попала пальцем главному герою в рот, этой сценой заинтересовались все театральные.

В кулисах собирались все участники спектакля, не занятые в этой сцене, и внимательно наблюдали, что на сей раз "отмочит" актриса. А казусы продолжались. Однажды сцена была настолько мала, что из деревьев, закреплённых снизу на металлических крестовинах, оставили всего одну березку. Мама ее умудрилась отчаянно пошатать. А на следующем представлении вскочила на бутафорский камушек и чуть с него не свалилась - он шатался, будто не каменный вовсе.

Наконец, перед очередным спектаклем, гримируясь, коллеги начали обсуждать, что на этот раз "ушатает" Фридочка (такое необычное имя было у моей мамы).

- Да сегодня вроде уже и ронять-то нечего, - сказала одна актриса.

Но, всё равно, все пошли смотреть. На сцене были пара деревьев и одна небольшая скала из папье-маше. И в неё аккурат влетела попой Фея Тавхуда. Скала не выдержала, опрокинулась так, что перед зрителями только мелькнули ноги в балетных тапочках.

Кулисы сотрясались от смеха.

В автобусе, на котором возили артистов, был водитель, который был в курсе сценических происшествий, поэтому сразу же нетерпеливо спросил входящего первым пожилого старенького еврея:

- Ну, как сегодня?

- А сегодня Фридочка своим попом скалу уронила! - ответил актёр, сильно грассируя.

дня тому назад. До сих пор этот робот не дал мне кофе! Я не знаю почему. Но расскажу что было. Начать с того, что он всё время разговаривает. Ну, то есть пишет мне сообщения на дисплее. И ему всё не нравится. И в первую очередь я сам. Я тыкаю пальцем в нужную кнопку, он мне пишет: "Ждите". Я жду. Проходят минуты. Я жду. Я жду, как Эдуард Асадов! "Я могу тебя очень ждать, долго-долго и верно-верно... ". Я жду, а Вертер бурлит кишочками. Побурлил, и пишет: "Выберите свой кофе". Выбираю "Сверхкрепкий вкус, 2 чашки". Снова пишет "Ждите" и бурлит кишочками. Я жду. "... и ночами могу не спать. Год, и два, и всю жизнь наверно". Побурлил и пишет: "Рекомендую уменьшить количество кофе! " Я ему вежливо говорю: Спасибо за заботу, приятель, но я хочу именно столько кофе! Дай же мне его, дай! " Вертер побурлил ещё немного и написал: "Слишком мелкий помол. Отрегулируйте кофемолку". Вот знать бы ещё, где там что регулировать надо. Достаю кофейную Войну и Мир, и на 876 странице нахожу пункт "Регулировка кофемолки". Отрегулировал. Жму кнопку. Вертер пишет: "Залейте воду! " Ладно. Залил. И заметь, я даже не спрашиваю, куда ты дел всю предыдущую воду. Я тебя уже даже спрашивать боюсь о чём-то. Но раз ты всю её выпил - то наверное был с похмелища. Залил ещё воды. Опять прошу кофе. Прошу прям уже голосом! ! Вертер думает, а потом пишет: "Ополосните чашку! " Тут у меня сдали нервы. И я заорал: А чашка-то моя чем тебе не нравится, гадина? ? Я её мыл! Губкой! С Фейри! Со всех сторон! Она чистая, мамой клянусь! Дай мне кофе, пожалуйста! "Ополосните чашку! " [м]лять! Пошел мыть чашку. Заодно разделся и помылся сам. Весь целиком! Потому что подозревал, что сейчас меня всё равно заставят это сделать. Надел чистые трусы. Ещё раз помыл чашку. Потом догадался, что "Ополосните чашку" - это, вероятно, какая-то функция в машине, и надо её найти. Достал Войну и Мир. На 458 странице обнаружил функцию ополаскивания чашки. Нажал. Вертер побурлил и выдал мне порцию кипятка в трижды помытую чашку. И снова "Выберите свой кофе". Не стал его нервировать, выбрал "Капуччино". Там одна большая кнопка с аналогичной надписью. И ничего выбирать не надо, и предъявлять справку от кардиолога. Нажимаю на кнопку. Пишет "Много пены, мало кофе, много кофе - мало пены". Я взбесился: Да мне хоть с пеной, хоть даже с монтажной, хоть без пены вообще, но налей мне, пожалуйста, хоть что-нибудь, лишенец! ! Вертер побурлил и написал: "Ополосните чашку! " Скотина. Я и чашку пять раз ополоснул, и сам помылся, и трусы у меня чистые, новые и с биркой: приберег для особого случая и ночи страсти и любви, но ты, с@ка, не оставил мне выбора! Что тебе ещё надо, дрянь? Вертер побурлил, написал: "Выключение", и погас. Стою посреди кухни в одних трусах, со стерильной чашкой и нервным тиком. Кипячу воду в чайнике. Буду пить чай. Если только чайник мне это разрешит.

я в первую в жизнизагранкомандировку в Хельсинки. Конечно, все делалось, как положено, впоследний момент, а потому в последний перед отъездом вечер не было ниединой свободной минутки. Мы с моим возлюбленным колесили по городувзад-вперед сначала, чтобы забрать кое-какие бумаги из моего офиса,потом, чтобы забрать визу, потом, чтобы получить командировочные,потом, чтобы обменять эти самые командировочные на финские марки (апоскольку сумма была довольно большая - подержанный автомобиль можнобыло купить легко, - в обменниках разводили руками и говорили, чтотакой суммой они не располагают), потом, уже под завязку, поехали кмоему боссу, дабы получить последние ЦУ... Около одиннадцати меня,обессилевшую, друг привозит, наконец, домой. Меня встречают мама иотчим, который явился несколько подогретым с какого-то банкета, и онипредлагают, ессно, выпить за отъезд. Я, есссно, не отказываюсь, с чегобы вдруг, это завсегда пожалуйста. Выпиваем мы водочки, я расслабляюсьпосле бешеного дня... Сижу это я в кресле, болтаю ногой, поигрываюсигаретой, такая крутая вся, независимая, сигарета длиннющая, коготкивишневым наманикюрены, дым, значит пускаю. И тут... я ЧИХАЮ... И, судовольствием чихнув, и поболтав головой, чувствую, что что-то у меняпроизошло неправильно. Смотрю я себе в ладошку, которой, каквоспитанная девочка, прикрывала рот, и - о ужас! - вижу на нейкрасивый и аккуратный собственный ЗУБ! (8-0!)

Здесь надо сделать отступление. Дело в том, что за несколько летдо того с моим зубом номер четыре приключилась скверная история, и япреждевременно лишилась оного. Не пожелав связываться с "мостами" иимплантантами по некоторым причинам, я согласилась на ноу-хау,предложенное мне одной крутой в то время в Питере медицинской фирмой,где работал мой бывший муженек, а именно: был изготовлен искусственныйзуб с "крылышками" (во-во, точно как в рекламе), посредством коих онизнутри прилеплялся на соседние зубы. Периодически он отклеивался, и ябежала к стоматологу, чтобы присобачить его обратно.

Вижу я, значит, его на своей ладони, нервное перенапряжение, виднозаявляет о себе, и я принимаюсь горько рыдать. Крутоту мою сдувает,как ветром. Папашка при этом сползает с дивана на пол в истерике, поего щекам катятся крупные слезы, он указывает на меня пальцем ипытается что-то произнести, маман недоуменно пялится на нас, т.к. невидит, что у меня там зажато в ладошке, а я реву, как белуга.Командировка под угрозой срыва. Женщины меня поймут: я могла поехатьтуда без чего угодно - без паспорта, без денег, без визы, без трусов,- но я не могла поехать туда БЕЗ ЗУБА!!!! Кроме того, если у кого,может, четверку и не видать, то у меня зубы крупные, белые, рот тожекрупный, четко очерченный, так что улыбка "а-ля голливуд" (а человекя, вообще, весьма смешливый), поэтому у меня было не так многовариантов: приклеить его обратно и ехать; ехать, но не улыбаться и неразговаривать вообще; не ехать вовсе. Автобус мой отходил в 8.00следующего утра. Время текущее - около 00.00. И тут моясообразительная мама подсовывает мне какую-то газетенку с рекламойкруглосуточной стоматологической помощи. Я, захлебываясь, звоню туда,и там, естественно, начинается веселье: "Как это понимать -отклеился?.. Га-га-га!.. Да чего вы рыдаете, приезжайте завтра сутречка, все прилепим обратно... Завтра уже не надо? Ну хрен с вами,езжайте сейчас..."

Кладу я свою драгоценность в спичечный коробок, утирая между деломсопли, и мы катимся. Ну, дальше ничего особенного не было. Если несчитать того, что порядком "вдетый" папа, обычно человек чрезвычайноответственный, ни в какую не соглашался отдать матери баранку, и ехалисключительно на красный на своем крутейшем автомобиле, веселясь приэтом, как младенец, а я думала, что на этот раз я, пожалуй, не попадув Хельсинки, и что теперь я вообще вряд ли туда попаду. Но все-такихудо-бедно мы доехали; угорающие надо мной дантисты усадили меня вкресло и, похихикивая, принялись за работу, а через каждые две минутыв дверь с любопытством заглядывал папашка, снова заливался счастливымсмехом и быстро-быстро исчезал, чем приводил меня в полноенеистовство. Содрали с меня в тот раз около 200 тысяч, по тем временам- чистый грабеж. Но зато эта сумма давала мне нечто неизмеримобольшее, - она возвращала мне былую самоуверенность, которой ялишилась, потеряв свой драгоценный клык, - куда уж там без зубовпальцы гнуть! Так что на следующий день после полудня я уже вовсюдемонстрировала свой "голливуд" финским коллегам, встречающим меня натерминале. Хэппи-энд.

Всегда бы так.

и сообщили, что в связи с тем, что кто-то отменил свою запись, я могу прийти к ним уже в 9.30. Я как раз только отправила свою семью в школу и на работу, а часы уже показывали без четверти девять, и до врача было 35 минут езды.

Поэтому я торопилась. Как, наверное, большинство женщин, перед посещением гинеколога я хотела уделить некоторое время интимной гигиене, но на этот раз у меня было слишком мало времени для тщательного ухода, поэтому я просто схватила тряпочку для мытья, лежавшую на умывальнике, и быстренько подмылась с ее помощью, чтобы хотя бы иметь "презентабельный" вид. Тряпочку я быстренько бросила в бак с грязным бельем, быстро оделась и в спешке поехала в клинику. Там мне пришлось подождать всего несколько минут, прежде чем я смогла войти в кабинет к доктору. Так как я, как и множество женщин, знакома с этой процедурой много лет, то я привычно залезла на кресло, смотрела в потолок и представляла себе, будто я в Париже или в каком-нибудь другом далеком месте.

Вошел врач и я должна сказать, что была несколько удивлена, когда он сказал: "Ох, как мы сегодня постарались!" Я ничего не ответила и с облегчением восприняла окончание процедуры.

Весь остаток дня я провела за домашними делами - уборка, покупки, готовка ...

Когда закончились школьные занятия, моя шестилетняя дочь вернулась домой. Она одна играла в ванной комнате, когда она крикнула: Мама, а где моя тряпочка для мытья?"

Я ей ответила, что она в стирке и чтобы она взяла себе чистую.

Но она возразила: "Нет, мама, мне нужна именно та, которая лежала на умывальнике, я ведь в нее положила все свои блестки и звездочки!"