Женские истории #квартира

лет чужого жизненного опыта и не просто опыта, а важнейших поворотных точек человеческих судеб.

Представьте себе замочную скважину, в которую вас приглашают заглянуть сами участники происходящего за дверью, причем в тот момент, когда у них происходит что-то по-настоящему волшебное.

Вот вам простая история, доказывающая существование Бога, Аллаха, Высшей силы и т. д. (выберете сами, в зависимости от личных пристрастий).

К нам в редакцию позвонила Ольга, эта история случилась с ней.

Конечно же, мы сразу помчались в ее маленькую однокомнатную квартирку, чтобы своими глазами увидеть в «замочную скважину» чудо.

Ольга – сорокалетняя миловидная москвичка, в течение 20-ти лет была безнадежно влюблена в женатого мужчину из Санкт-Петербурга. У него жена, двое детей и редкие командировки в Москву.

Оленька выжидала эти приезды как манну небесную. Из года в год все верила, что он наконец-то разведется с женой и переедет к ней. Но не сейчас, просто его старший заканчивает институт, мальчику не нужно волноваться. Да и давно опостылевшая жена вдруг приболела и любимый, как человек благородный не может вот так запросто ее добить своим уходом:

- Бесчеловечно это как-то, ты не находишь, Оленька?..

И Оленька, конечно же, находила, даже не потому что любила, а просто - человек-то благородный, чего же его тормошить? Не надо быть эгоисткой и спешить сжечь «лягушечью кожу», столько ждала, осталось видимо совсем немножечко потерпеть и они наконец-то будут вместе с любимым уже навсегда...

У Ольги помимо работы были только два важных занятия в жизни: пару раз в неделю посылать любимому в Питер ничего не значащие смски, якобы от Олега, коллеги из Московского филиала.

Да в тысячный раз перечитывать письма и открытки от любимого, скопившиеся за долгие годы ожидания счастья.

Было утро как утро: кофе, пробежка трусцой вокруг дома (нужно поддерживать форму, а то вдруг любимый неожиданно в командировку заявится...), утренняя газета и посланная в Питер смска: «Подтвердите получение груза», текст которой означал - «Я тебя люблю», но если честно, то любой ее текст означал одно и тоже...

Подруги, все наперебой твердили: "Выкинь ты его из головы. Ничего у вас не будет. Жизнь проходит, тебе 40, а было 20, когда с ним по белым ночам таскалась, его стишки слушала, а ведь он тогда был еще не женат. Подумай об этом".

Но любовь есть любовь. Она сильнее и убедительнее самых убедительных речей простых смертных.

И тут за дело взялись не простые смертные, а высшие силы (даже им стало жаль нашу несчастную героиню).

Женщина ушла на работу, квартира до вечера опустела. На подоконнике стоял большой пузатый аквариум, в котором плавала красненькая рыбка, наверное единственное на свете существо, которое по-настоящему любило Ольгу... Рядом с аквариумом лежала увесистая пачка писем из Ленинграда, перевязанная резинкой.

Солнышко весело заиграло в аквариумных водорослях и в плавниках рыбки, но теплый лучик идущий из аквариума, немилосердно ослеплял сухую бумагу старых зачитанных писем.

Минута, другая, третья, луч от аквариума сделался нестерпимым. От слащавых писем потянуло дымком. Стопка красивых, высушенных слов вдруг разом полыхнула!

Смех смехом, но пахло большим пожаром: рядом занавески и бамбуковые жалюзи, а дальше... только давай... горящие листки уже падали на пол.

Видимо, в планы высших сил не входило сжечь дотла весь дом несчастной женщины.

От высокой температуры горящих писем и начинающего тлеть подоконника, лопнуло стекло аквариума, ... и хлынувшая вода моментально потушила разгоравшийся пожар.

Когда Ольга вечером вернулась с работы, увидела пепел от «макулатуры» и поняла, что тут произошло, она вдруг почувствовала, что ее любовь моментально улетучилась как дым от сгоревших писем.

Как рукой сняло.

Осталась только злость. Злость на себя, что была такой дурой в течение 20-ти лет.

У нее началась новая жизнь. Но это уже ее тайна, отойдем же от дверного глазка и порадуемся за человека...

В этой счастливой истории пострадало только одно живое существо, то которое по-настоящему любило Ольгу.

вами.

1992 год, день моего рождения, с раннего утра я готовлю нехитрый стол для друзей на съемной квартире. На плите варится сгущенка для торта, я режу салат и слышу - что-то шипит. Кухонька микроскопическая, поворачиваюсь - кастрюлька со сгущенкой! Открываю крышку, наклоняюсь, заглядываю - а там вся вода выкипела, шовчик на банке развернулся, молоко вытекает и шипит, поджариваясь! Ни фига себе, думаю, и и крышечку прикрыла. Повернулась к столу - салатик дорезать, а сзади - хлопок, весь угол и потолок в вареном сгущенном молоке, а мне только ногу у косточки обожгло чуть-чуть. Первая мысль - блин, теперь оттирать придется... Сфоткались еще с девчонками, поржали.

И только по прошествии времени до меня дошло, что загляни я в кастрюльку не вовремя, мне бы эта сгущенка в личико вся и прилетела... На ноге-то ожог недели две заживал - обувь было больно носить, а что бы было с лицом - страшно подумать. Вряд ли я смогла бы жить полноценной жизнью и выйти замуж за моего красавчика-мужа, и только мечтала бы о счастливой семейной жизни...

Не смешно, зато из жизни. И прежде чем думать, как все плохо, резонно предположить, что могло бы быть гораздо хуже. Спасибо всем.

и помогала самым опущенным алкоголикам и самым заядлым курильщикам избавиться от их пагубной зависимости. Врачиха прирабатывала нелегальной частной практикой, и дома у нее появлялись удивительные типажи людей. Во-вторых, у врачихи по причине травмы позвоночника, полученной еще в раннем детстве, на спине вырос огромный горб, а крупная грудь из-за неправильной осанки, казалось, достигала невероятных размеров и вечно просилась на волю в пампасы на всеобщее обозрение. Ну, а в-третьих, Ежж с ней вместе пару раз запускал в полет унитаз.

Горбатая врачиха была женщина одинокая и потому, когда она в своей квартире поменяла унитаз на новый, то ей понадобилась помощь, чтобы вытащить старый унитаз на помойку. Она обратилась за помощью к своим знакомым с первого этажа. Отец Ежжа родился в интеллигентной семье, и унитазы не таскал по убеждениям. Мать Ежжа занималась физикой плазмы и сверхпроводимости, и она сослалось на полное отсутствие квалификации в сложном деле таскания унитазов. Однако, они оба были коммунистами и не могли отказать в помощи одинокой коммунистке с 5-го этажа. Вытаскивать старый грязный унитаз на помойку поручили беспартийному Ежжу.

Пятнадцатилетний Ежж был типичным рано созревшим ботаником. Ради такого случая он побрился в первый раз в жизни, надел белую рубашку и в солнечный воскресный день отправился к горбатой врачихе смотреть на ее свободолюбивую грудь и вытаскивать старый унитаз. В это время мама Ежжа прогуливалась внизу с собачкой и размышляла о физике плазмы. Отец, как истинный интеллигент, по выходным дома отсутствовал.

Возможно, не все врачи-наркологи засранцы, но этот грязный унитаз позволял предполагать обратное. Еще в изгибе плескалась мутная желтоватая жидкость с характерным запахом. Ежж в белоснежной рубашке приуныл. Врачиха сжалилась и предложила скинуть унитаз вниз с балкона

5-го этажа, а потом уже дотащить его до помойки. Совместными усилиями унитаз был перевален через перила и устремился вниз, как бомба из люка бомбардировщика времен Великой Отечественной.

По понятным причинам Ежж больше концентрировался на свободолюбивой груди врачихи, чем на грязном унитазе. Рука подростка Ежжа дрогнула. Унитаз пошел вниз крученый, как теннисный мяч на корте. Кто мог предполагать, что изгиб старого унитаза может работать, как басовитый свисток, а сама полость играть роль репродуктора?! Когда унитаз, набрав скорость и вращаясь, подлетал к земле, то звук точно повторял вой бомбы из военной хроники. Не хватало только сурового голоса, объявлявшего: «Граждане!

Воздушная тревога! »

На первом этаже рядом с траекторией полета унитаза находилось две квартиры. В одной из них жила семья, в которой муж был убежденным пьяницей и курильщиком (из тех, кто не поддавался воздействию врачихи), а жена давно превратилась в сварливую мегеру. В это прекрасный солнечный летний день жена привычно выносила мозг своему непутевому мужу за его беспробудное пьянство.

Дальнейшее описала потом мама Ежжа, прогуливавшаяся в этот момент внизу с собакой и размышлявшая об эффекте сверхпроводимости. Итак, пьяница-муж с вынесенным мозгом и сигаретой во рту выскакивает в семейных трусах и пролетарской майке на балкон. Он пьян, возбужден и, отвечая на несущуюся ему вдогонку ругань жены, воздевает руки к небу и вопит на весь двор:

«Да мне [м]лять все равно! Да пусть хоть говно нах[рен] с неба посыплется! »

Через несколько секунд мимо него со звуком авиабомбы пролетает унитаз и с чавканьем врезается в землю. Мужик роняет сигарету и, как подкошенный, садится на пятую точку на своем балконе.

История на этом могла бы закончиться, но она продолжилась. Когда Ежж прибежал вниз, чтобы тащить унитаз на помойку, то его мама уже не могла размышлять ни о физике плазмы, ни о сверхпроводимости. Она едва стояла на ногах от хохота. Она поднялась на 5-ый этаж к врачихе, чтобы поделиться увиденным. И тут в головах у женщин родился коварный план.

«Тащи обратно! » - сказали они хором Ежжу, когда он запыхавшийся, потный и грязный вернулся с помойки.

Что такое тащить обратно грязный унитаз с помойки на 5-ый этаж без лифта, вы можете представить себе сами, однако задумка того стоила. На первом этаже, в соседней квартире рядом с пьяницей и его сварливой женой, жил 30-летний одинокий мужчина, разыгрывавший из себя плейбоя. По выходным он регулярно водил к себе женщин нетяжелого поведения, и летом они любили заниматься этим на полу балкона первого этажа. Ничего конкретно было не видно, но звуки неслись очень громкие и эмоциональные.

На неподготовленную психику соседей в те времена это производило шокирующее впечатление. Опять же во дворе дети гуляют…

Итак, Ежж с врачихой подготовили видавший виды старый унитаз ко второму запуску, и стали ждать, а мама Ежжа заняла наблюдательную позицию внизу, делая вид, что она прогуливается с собакой. Через некоторое время с балкона первого этажа раздались характерные звуки. Мама Ежжа сделала, как в песне про Гагарина: «Он сказал «Поехали! » и взмахнул рукой! »

Унитаз с диким воем устремился вниз. Мама Ежжа закричала: «Граждане!

Воздушная тревога! »

К сожалению, Главный Ежж был на 5-м этаже, и оттуда не мог видеть прелести девицы нетяжелого поведения на балконе 1-го этажа. Однако, визг стоял сильный и, говорят, вид был впечатляющий.

Эта, то ли невинная забава, то ли хулиганская выходка, парадоксальным образом оказала влияние на всех участников событий. Муж-пьяница навсегда перестал курить на балконе и даже стал значительно меньше выпивать. Его жена была очень довольна и стала менее сварливой. Ту темпераментную девицу больше никто никогда не видел и не слышал. Возможно, она и появлялась, но вела себя незаметно. Тридцатилетний плейбой вроде бы трахнул горбатую врачиху. Возможно, просто из любопытства. Об этом судачил весь подъезд. Мама Ежжа перестала заниматься физикой плазмы и увлеклась медициной. А сам Главный Ежж, будучи уже взрослым, много лет проработал психологом в наркологии. Возможно, это неспроста…

изрядно. Осталось нечто зримое, в отличие от всех прочих моих дел и развлечений.

Но одна моя знакомая Света этим не ограничилась. Счастливая неугомонная женщина -выращенных троих детей и пятерых внуков ей на склоне лет показалось недостаточно. Как-то на склоне лет бродила она по лесу и заметила, что осень выдалась необычайно урожайной на желуди. Собрала полсотни самых отборных и высадила у себя на даче. Иногда ухаживала за ними, но хлопот тут было минимум - здоровый дуб, посаженный в правильное место, растет сам, хоть и очень неторопливо. Когда саженцы вымахали изрядно и пошли вширь, Света их выкопала и рассадила - по одиночке, по любимым лесам и паркам. Тщательно выбирала места, чтобы дубам ничего не мешало вырасти со временем до нормального здоровенного состояния - высотой метров сорок и со стволом в три обхвата. Так что через несколько веков от Светы останутся эти могучие деревья, а вот от большинства нормальных горожан - ровно ничего.

Причина этой светиной причуды простая - у нее с раннего детства есть любимый вековой дуб, под которым она купается в старинном пруду на каждом рассвете. Ну вот и задумалась однажды, что был же человек, который этот дуб однажды посадил. Подарил радость и тень тысячам посетителей парка на несколько поколений. Ну вот и она поступила так же.

Нового года зашли мы с мамой в "Детский мир". И до ужаса мне там одно платье понравилось. Красное, вязанное, с яркой синей окантовкой снизу и на рукавах. Собирались мы туда за какой-то мелочью, то ли гирляндами, то ли дождиком (были раньше такие блестящие ниточки). Я упёрлась и сильно стала маму просить платье примерить. И село это платье на мне как влитое, будто на меня шили. И фантазии сразу в моей голове стали возникать. Нравился мне один мальчик в классе, сильно нравился, и очень хотелось, чтобы на празднике в классе он меня в этом платье увидел.

Вот стою и чуть не плачу, и платье снимать не хочу. Тут мамочка моя это увидела и говорит: «Ну я зарплату скоро получу, давай возьмём». Ехала я домой счастливая до чёртиков.

Квартиру украсили. Ёлочку нарядили. А из еды в холодильнике только лёд и кусочек сливочного масла остался. С нетерпением ждали мамину зарплату. Как вы помните, в советское время и 31 декабря люди работали, только их пораньше отпускали. Приходит мама с работы расстроенная: зарплату не дали, задержали. В глазах слёзы, в голосе обида. А главное, стыд, что меня без праздничного стола оставила.

К слову сказать, совершенно точно помню, что нисколько не расстроилась по этому поводу. Настроение было всё равно праздничное. Сидела перед телевизором, с удовольствием смотрела новогодние фильмы, которых именно в новогодние праздники было много, а в обычные дни телевидение разнообразным, как сейчас, не было. Да и каналов было всего два, по-моему.

Мама сварила картошку, сдобрила сливочным маслом, натёрла морковь, посыпала её сахаром. Больше в доме ничего не было. И на зиму консервировала она совсем немного, так как работала на двух работах, чтобы я ни в чём не нуждалась. Сели мы с ней за стол, и мама расплакалась. Стала я её успокаивать и не заметила, как сама уже рыдала в три ручья. Не из-за отсутствия праздничных блюд, а почему-то очень сильно маму стало жалко, до удушья в горле. В конце концов мы легли рядышком под одеялом на диване, прижались друг к другу и стали смотреть праздничный концерт. И вот 12 пробило. Соседи по лестничной площадке стали выходить с бокалами шампанского на лестничную площадку и поздравлять друг друга. Орали и песни горланили. Только мы никуда не выходили.

Тут звонок в дверь, настойчивый, неоднократный. Мама пошла открывать, а там соседка, которая вечно ворчала на меня по разному поводу: то я очередь пропустила и подъезд не помыла, то топаю сильно и ей мешаю. Вредная, короче, бабулька была, детвора из нашего двора её недолюбливала. Гоняла нас за крик и писк на улице. Умела приструнить и крикливых женщин, и разгулявшихся мужичков. Соседка, была уже вполне встретившая Новый год, я не слышала, о чём они говорили с мамой, но зато увидела напирающую на маму тушку грузной бабушки. Она протиснулась в комнату, осмотрела наш стол с картошкой в центре и молча ретировалась назад. Помню, мама сильно покраснела.

Спустя минут 20 в дверь не звонили, а ногами пинали. Мы аж вздрогнули, естественно, мама мне выходить запретила и пошла сама узнать, кто это хулиганит за нашими дверями. Через минуту в комнату вкатилась баба Вера. В руках она держала сумки с разными банками, коробочками, тарелочками, подмышкой торчала бутылка шампанского. Прикрикнув на маму, чтобы та не стояла как пень, а помогла, она стала доставать из сумок салаты, колбасу, банку солёных огурцов, половину отваренной курицы, конфеты и даже несколько мандаринов. Мама опять заплакала, но уже не так как раньше. Баба Вера назвала её дурой, вытерла ей нос своим огромным рукавом, повернулась и ушла.

После Нового года баба Вера так и продолжала командовать во дворе и в подъезде. Никогда она не вспоминала про тот новогодний вечер. Похоронили мы бабу Веру, когда моей дочери уже годик исполнился. Хоронили всем подъездом. И оказалось, что все любили нашу "вредную соседку", что всем когда-то в чём-то она помогла.

раздавать — не возьмут юридические слуги, так предложит компьютерные курсы, не возьмут их — всегда под рукой купоны со скидкой в солярий. В общем крутился как белка в колесе.

И была у него одна особенность: ему на шею с большой охотой вешались дамы — всё больше одинокие, намного его старше и при квартирах. Увидев очередную Пашину пассию в коридоре, уборщица тётя Глаша только головой неодобрительно качала: «Ой, внучок, окрутят они тебя... » Паша же солидно и математически точно объяснял, что если им что и нужно от него, так это ребёночка чтоб помог в капусте найти. Они ему так все прямо и говорили — родить хотят для себя. А со студента что ж возьмёшь? В общем, Павлик процветал и собой очень гордился: искусственное оплодотворение и все дела - это дорого, а он по дружбе помог. Разве плохо поступил?

Года три назад Паша заматерел и вверх пошёл. Собственное ИП завёл и тендер выиграл: начал обслуживать удалённо базу данных. Новенький Порш в кредит купил и квартиру однокомнатную наконец-то снял. Пол бизнес-центра праздновали эту Пашину удачу.

А аккурат через месяц, забегал Паша по юристам: пассия №1, которая от него когда-то двух очаровательных близняшек родила, в суд на установление отцовства подала и свидетельниц привела - бабушек-божьих одуванчиков, что у подъезда всю жизнь просидели.

Уборщица тётя Глаша сразу судебное решение предсказала: «У нас ведь не как на Западе, ДНК всякие не обязательны. Только деньги за них платить. Кто последний — тот и отец. Попал ты, Павлик, в ситуацию. Отцовство установят, а потом и 33% зарплаты снимут. В алименты пойдут. И за три последних года тоже доплатишь»... Как в воду смотрела.

Только Павлик из запоя вышел, а в суде ещё два иска лежали от пассий №2 и №3 соответственно. «Там уже по одному ребёнку, а, значит, каждой по 25% зарплаты. Но суд учтёт, наверное, всех деток и больше 50% не присудят. Ходатайствовать об этом надо... Могут и навстречу пойти. .. », долго тётя Глаша в юридической консультации проработала. Опыт...

И действительно, в точности как сигнализировали жильцы - между 5 и 6 этажами раскидан мусор. Точнее не мусор, а покрошенный хлеб. И не разбросан, но аккуратно лежит на чистой газете. Непорядок. Хотя и мелкий. Вроде нарушения закона о тишине. "Несанкционированный выброс бытовых отходов" или что-то в этом роде, - я в этих вопросах не силен - мое дело реагировать, пока участковый в отпуске, а подменить его некому.

Через 30 мину просмотра видеокамер обнаруживаю злоумышленника - бабулю из 28-й квартиры.

Безропотно открывает дверь, спокойно выслушивает материалы дела (мне немного становится не по себе, но что поделаешь)

Бабуля спрашивает куда и сколько платить штраф, потом задает вопрос "Вам наверное интересно зачем я это делаю? ". - Ну, говорю, - интересно.

"Я жила в самом центре Москвы. В 90-х наш дом расселяли. Хотя мы и были против. Я и Галочка. Соседка сверху. Остальных подкупили и запугали. Однажды Галочка совсем заболела. Могла только спуститься на один пролет. Ни родных, ни друзей, ни еды. Так сложилось. А мне раз в неделю родственники приносили пищу. Родственники дальние, еды немного. Но все же. И когда я стала понимать, что Галочка вот-вот умрет от голода, то стала оставлять между этажами пищу. Хлеб. Сыр. Немного колбасы. Потом звонила Галочке и говорила: "Это от меня. Не побрезгуй. Подкрепись"

Так мы прожили лет 5. Потом Галочка умерла, а меня отселили в Новую Москву. Стыдно признаться, но привычка никуда не ушла. Не могу ничего с собой поделать. Мне надо оставлять кому-то хлеб насущный. Иначе я сама быстро погибну. Ведь есть бездомные. Беспризорные. Как-то так. Вот и всё.

Я долго смотрел на пожилую женщину, потом буркнул что-то вроде "будьте впредь аккуратнее", скомкал протокол штрафа и пошел вниз по лестнице, забыв про лифт. Лифт мне был не нужен. Я не смог бы нажать нужную кнопку. Не рассмотрел бы. Из-за слёз, что потекли сами собой у двухметрового амбала, чемпиона РОВД по боям без правил.