Был в Древней Греции такой деятель – Алкивиад. Проходимец, прощелыга, плут, лжец, обманщик, совершенно безответственный авантюрист и циник безо всяких принципов. Но, вместе с тем, – обаятельный, способный, волевой, деятельный, решительный. И поэтому оставил по себе след не только в учебниках и научных трудах по истории: в древности «алкивиадских» анекдотов ходило, наверное, не меньше, чем столетия спустя – о Василь Иваныче с Петькой и Брежневе. Вот один из них.
Однажды закрутил он (Алкивиад) шуры-муры-амуры с афинской гетерой по имени Лаис. И вот, как-то раз, на очередной попойке в своей компании, кто-то из приятелей и говорит ему: ну что ты, мол, валандаешься с этой Лаиской? Она ж тебя не любит.
Алкивиад единым духом осушает добрую чашу кипрского, оправляет себе в пасть горстку соленой черноморской кильки (весьма, между прочим, ценимой древними греками), прожевывает, глотает, блаженно отдувается, и, наконец, ответствует:
- Вино и рыба меня тоже не любят. Но мне нравятся. Если цены своей стоят.
Притча о лауреате Нобелевской премии
Однажды к Эрнеcту Резерфорду, президенту Королевской академии, обратился коллега за помощью. Он собирался поставить самую низкую оценку по физике одному из своих студентов, в то время, как тот утверждал, что заслуживает высшего балла.
Экзаменационный вопрос гласил: «Объясните, каким
Но ответ студента был таким: «Нужно подняться с барометром на крышу здания, спустить барометр вниз на длинной верёвке, а затем втянуть его обратно и измерить длину верёвки, которая и покажет точную высоту здания».
Случай был и впрямь сложный, так как ответ был абсолютно полным и верным!
С другой стороны, это был экзамен по физике, а решение имело мало общего с применением знаний в этой области.
Резерфорд предложил студенту попытаться ответить ещё раз.
Дав ему шесть минут на подготовку, он предупредил его, что ответ должен демонстрировать знание физических законов.
По истечении пяти минут студент так и не написал ничего в экзаменационном листе.
Резерфорд спросил его, сдаётся ли он, но тот заявил, что у него есть несколько решений проблемы, и он просто выбирает лучшее
Заинтересовавшись, Резерфорд попросил молодого человека поскорее приступить к ответу.
Новое решение звучало так: «Поднимитесь с барометром на крышу и бросьте его вниз, замеряя время падения.
Затем, используя формулу, вычислите высоту здания».
Тут Резерфорд спросил своего коллегу преподавателя, доволен ли он этим ответом.
Тот, наконец, сдался, признав ответ удовлетворительным. Однако студент упоминал, что знает еще несколько нетривиальных решений, и его попросили рассказать их.
— Есть несколько способов измерить высоту здания с помощью барометра, — начал студент. — Например, можно выйти на улицу в солнечный день и измерить высоту барометра и его тени, а также измерить длину тени здания.
Затем, решив несложную пропорцию, определить высоту самого здания.
— Неплохо, — сказал Резерфорд. — Есть и другие способы?
— Да. Есть очень простой способ, который, уверен, вам понравится.
Вы берёте барометр в руки и поднимаетесь по лестнице, прикладывая барометр к стене и делая отметки.
Сосчитав количество этих отметок и умножив его на размер барометра, вы получите высоту здания. Вполне очевидный метод.
— Если вы хотите более сложный способ, — продолжал он, — то привяжите к барометру шнурок и, раскачивая его, как маятник, определите величину гравитации у основания здания и на его крыше.
Из разницы между этими величинами, в принципе, можно вычислить высоту здания.
В этом же случае, привязав к барометру шнурок, вы можете подняться с вашим маятником на крышу и, раскачивая его, вычислить высоту здания по периоду прецессии.
— Наконец, — заключил он, — среди множества прочих решений данной проблемы лучшим, пожалуй, является такой: возьмите барометр с собой, найдите управляющего и скажите ему: «Господин управляющий, у меня есть замечательный барометр. Он ваш, если вы скажете мне высоту этого здания».
Тут Резерфорд спросил студента, неужели он действительно не знал общепринятого решения этой задачи.
Он признался, что знал, но сказал при этом, что сыт по горло школой и колледжем, где учителя навязывают ученикам свой способ мышления, который не всегда приемлет не стандартных решений.
А студент этот был Нильс Бор (1885–1962), датский физик, лауреат Нобелевской премии.
Элизабет Хедли, первая жена Хемингуэя, везла показать издателю рукописи мужа. Она на минутку отлучилась из купе поезда. Пока её не было, портфель с рукописями исчез.
А выходила она, чтобы купить что-нибудь почитать в дороге. Говорят, Хемингуэй очень злился даже тридцать лет спустя.
Говорят, Хемингуэй очень злился даже тридцать лет спустя.
Отражательный телескоп Исаака Ньютона, позволивший избавиться от свойственной телескопам-рефракторам хроматической аберрации, произвёл в Англии настоящий фурор.
Сам король Карл II внимательнейшим образом изучил прибор и, вдоволь налюбовавшись через него на звёзды и планеты, передал новинку в Лондонское королевское общество, которое в январе 1672 года поспешило избрать своим сочленом кембриджского провинциала.
Много лег спустя Джон Кондуитт, родственник учёного, как-то раз поинтересовался у него:
- Скажите, кто же этот искусный мастер, изготовивший зеркало для вашего телескопа?
- Я. Зеркало сделал я сам, - простодушно ответил Ньютон.
- Но где же вы достали станки и инструменты?
- И их я сделал сам, - пояснил Ньютон. - Если бы я ждал, пока кто-то чего-то мне сделает, я вообще никогда не сделал бы ничего.
ФИЛОЛОГИЧЕСКИЕ ТОНКОСТИ
С Олегом Далем случилась какая-то неприятность, и он появился на съёмочной площадке с унылым и грустным лицом. Его принялись утешать:
- Олег, напрасно ты расстраиваешься, это просто глупая случайность... - Нет, - сказал Даль. - Случается в жизни хорошее, а плохое сбывается...
- Нет, - сказал Даль. - Случается в жизни хорошее, а плохое сбывается...
Знаменитому ирландскому писателю и драматургу Бернарду Шоу можно отвести место в книге рекордов Гиннесса по количеству сломанных конечностей. Невероятно, но факт: раз в год, в лучшем случае раз в два года, он с непостижимой регулярностью что-нибудь себе ломал. С Шарлоттой, будущей женой, он познакомился благодаря тому, что
Вообще, женщины и Шоу – это отдельная тема. Он часто влюблялся в женщин, но дальше влюблённости дело не шло. Он считал, что у большинства женщин на уме одно - «заполучить своего мужчину». Сам Шоу искал от любви только развлечения. На первое место он ставил работу. «В жизни то настоящее, что полезно и нужно. Любовь же - это заблуждение, что одна женщина чем-то отличается от другой. Человека, который всю жизнь любит одну женщину, следует отправить либо к врачу, либо на виселицу», - шутил знаменитый оригинал.
Драматург любил женщин, но по-своему. Однажды он спросил у одной богатой аристократки: «Скажите, сударыня, вы могли бы переспать с мужчиной, которого не любите, за сто тысяч фунтов? » Дама, презрительно фыркнув, ответила: «Без малейшего сомнения! » Она знала, что по сравнению с ней Шоу - просто нищий. «А за один фунт? » - продолжал свой допрос неуемный писатель. «Да что вы! За кого вы меня принимаете! » - возмутилась благородная женщина. «За кого - и так понятно. Просто я хотел узнать минимальный тариф», - невозмутимо ответил остряк.
Слухи о его возмутительном поведении дошли до Королевы. Однажды его пригласили на приём в Букингемский дворец. Там состоялась встреча Королевы Виктории и знаменитого драматурга. Королева, как бы невзначай, спросила его, правда ли то, что он где- то сказал, что каждую женщину можно купить за деньги. «Конечно, правда! » - ответил наглец. «Как, и меня можно купить? » - возмутилась королева. «Почему же нет? Ведь вы же женщина! » - последовал ответ. «И сколько же я, по-вашему, стою? » - кокетливо спросила Виктория. «Я думаю, десять тысяч фунтов». На что королева обиженно воскликнула: «Так мало?! » И получила следующий ответ: «Ну, вот видите, Ваше Величество, Вы уже начинаете торговаться! »
Остроумие всегда было его оружием. Когда одна актриса написала ему: «У нас с вами могли бы быть дети с моим лицом и вашим умом», он ответил: «А если получится наоборот? ».
Фрунзик Мкртчян 20 лет обходился без паспорта, его главным документом была всесоюзная популярность
Брат знаменитого актёра Алберт Мкртчян рассказал в интервью «МК» в 2004 году, что у Фрунзика было два паспорта — настоящий и самодельная красная книжица на имя Мгера Мкртчяна, подаренная друзьями. Родственники и друзья звали Фрунзика Мгером, и именно это имя носит названный в его честь Артистический театр в Ереване. Имя Фрунзе было дано родителями в честь Михаила Фрунзе. Оба паспорта Фрунзик/Мгер потерял и говорил, когда у него спрашивали про жизнь без документов: «Мне не нужны ни деньги, ни документы. Меня и так везде узнают и принимают».
Георгий Данелия вспоминал случай, как он вместе с Фрунзиком Мкртчяном и Вахтангом Кикабидзе отправился в Кремль получать Госпремию за «Мимино». Охрана, конечно же, попросила лауреатов предъявить документы. Мкртчян так ответил охранникам: «Разве иностранные шпионы в Кремль без документов ходят? » Его без скандала пропустили.
Авторская песня в советское время не поощрялась и даже многократно предавалась анафеме с высоких трибун и в печати. После первых публичных выступлений Булата Окуджавы в Ленинграде вышла критическая статья некоего Н. Лисочкина, опубликованная в газете "Смена".
Поэтому на выступлении Окуджавы в Доме работников искусств на Невском, где присутствовало много ленинградских композиторов, поэта освистали с криками: "Пошлость! " и топаньем ног.
После концерта в гардеробе к Окуджаве подскочил именитый в те годы и обласканный властями композитор Иван Дзержинский, автор популярной в сталинские годы оперы "Тихий Дон". Он, багровый от негодования, брызгал слюной и размахивал руками с криками:
- Я не позволю это безобразие в нашем доме! Я - Дзержинский! Я - Дзержинский!
Обстановку разрядил оказавшийся позади композитора известный актер БДТ Евгений Лебедев. Он похлопал негодующего по плечу и заявил: - А я - Фрунзе!
- А я - Фрунзе!
А вы знаете, что самый добрый доктор советской литературы был вполне реальным человеком. Доктор Айболит списан не с абстрактного гуманиста, а с выдающегося врача из Вильнюса — Цемаха Шабада. Сегодня Шабада назвали бы «наивным», а тогда — просто порядочным. Он лечил бедняков бесплатно, помогал детям, подкармливал бездомных животных, и, что
Корней Чуковский познакомился с ним в Вильнюсе в 1912 году. В своих дневниках он описывает сцену почти сказочную: доктор идёт по улице, за ним — дети, собаки, кошки. Кто-то тянет его за полу халата, кто-то просит посмотреть лапу или горло. И ни одного отказа. Так появился Айболит — врач, который лечит «всех, у кого болит», не спрашивая ни паспорт, ни национальность, ни взгляды, ни правильность образа жизни.
Шабад был к тому же активным общественным деятелем, сионистом, активным участником еврейского общественного движения, сооснователем Еврейского научного института (YIVO) и светских еврейских школ. Он основал в тогдашнем Вильно "Общество здоровья", которое работает до сих пор. В Вильнюсе, на улице, где он жил, ему установлен трогательный памятник. Доктор изображен беседующим с девочкой, держащей кошку. Это дань памяти человеку, посвятившему свою жизнь помощи другим. Иногда этого достаточно, чтобы войти в историю.
Цемах Шабад умер 20 января 1935 года. Ему было 70 лет. Причина смерти — естественная: тяжёлая болезнь, осложнения после сердечно-сосудистых проблем. Его смерть стала общегородским событием. На похороны пришли тысячи людей — евреи и неевреи, бедные и богатые, пациенты, коллеги, политики. Газеты писали о нём как о «совести города». Шабад умер за четыре года до начала Второй мировой войны. Он не увидел ликвидацию Виленского гетто, массовые убийства литовских евреев — не увидел гибель того мира, которому он служил всю жизнь.
Аль Капоне придумал ставить срок годности на молочных продуктах. В 30–е годы прошлого века молочный бизнес был практически неконтролируемым. А у Капоне остался огромный парк грузовиков после отмены сухого закона. И он решил монополизировать весь рынок молока в Чикаго. Сначала Капоне купил крупный молочный завод. И начал маркировать всю продукцию отметкой о сроке годности – по легенде вся его семья однажды отравилась несвежим молоком.
А потом Капоне пролоббировал в Чикагском городском совете закон, обязавший всех поставщиков молока маркировать бутылки фабричным клеймом со сроком годности – «для обеспечения безопасности детей города». Оборудование для маркировки было только у него. И все частники были вынуждены за бесценок сдавать молоко на завод гангстера.
Александр Панкратов-Черный рассказывает...
У меня есть однофамилец Александр Панкратов, тоже режиссёр. (Я не только играю, но и поставил несколько кинокартин, например, "Похождения графа Невзорова". ) Чтобы нас различали, я и взял псевдоним Панкратов-Черный: тот Панкратов - светленький. А то нас однажды так перепутали! . .
Когда Саша женился, у него родилась дочь. Но все почему-то подумали, что дочь родилась у меня. Я был в командировке - поздравления принимала тёща.
- Здравствуйте, - звонят ей. - Можно Сашу?
- Он в командировке.
- Очень жаль, хотели его поздравить.
- А с чем?
- Как с чем? У него же дочь родилась!
- А-а, ну хорошо, я сама поздравлю, - отвечала тёща.
Приезжаю из командировки, смотрю: со мной в семье никто не разговаривает. Тёща глядит мрачным взглядом.
- Любовь Васильевна, - спрашиваю её, - что случилось?
Она говорит:
- Ну что, кобеляка, добегался?! Кто эта несчастная, от которой у тебя дочь? Платишь ли ты ей, помогаешь ли?
Я с ума сходил, две недели вспоминал, от кого бы у меня могла быть дочь. Наконец до меня дошло. Позвонил Саше Панкратову - действительно у него родилась дочка. С чем я его и поздравил.
Канадско-американский актёр, кинорежиссёр, кинопродюсер и музыкант Киану Ривз (Keanu Charles Reeves), пропустил первые 20 минут вечеринки, посвященной окончанию съемок его нового фильма "Дочь Бога" в одном из клубов Нью-Йорка.
Он терпеливо ждал под дождем, когда его впустят. Никто его не узнал. Владелец клуба сказал: "Я даже не знал, что Киану стоит под дождем и ждет, когда его пустят - он никому ничего не сказал. "
— Он ездит на общественном транспорте.
— Он запросто общается с бездомными на улице и помогает им.
— Он просто в парке может съесть хот-дог, сидя между обычными людьми.
— После съёмок одной из "Матриц", он всем каскадёрам подарил по новому мотоциклу - в знак признания их мастерства.
— Он отказался от большей части гонорара ради зарплат костюмеров и компьютерщиков, рисующих спецэффекты в "Матрице" — решил, что их доля участия в бюджете фильма недооценена.
— Он сократил свой гонорар в фильме "Адвокат дьявола", чтобы хватило денег на приглашение Аль Пачино.
— Почти в одно время погиб его лучший друг; его девушка потеряла ребёнка и вскоре погибла в автокатастрофе, а сестра заболела лейкемией. Киану не сломался: он пожертвовал $5 млн. клинике, которая лечила его сестру, отказался от съёмок (чтобы быть с ней рядом), и создал Фонд по борьбе с лейкемией, жертвуя туда значительные суммы с каждого гонорара за фильм.
Не дай вам Бог иметь в друзьях homo scribens - человека пишущего! Снова и снова переживать этот неловкий момент, когда он приносит вам для прочтения очередной опус и просит высказать своё мнение ("Только честно! "), а потом с надеждой глядит в глаза: "Ну, как? Новый Гоголь явился? ". Или Лермонтов, или Булгаков, или Толкин - нужное подчеркнуть.
В
В какой-то из понедельников пришла в редакцию совсем молодая девушка - узнать о судьбе своего романа из французской жизни.
- Это ваше собственное сочинение? - спрашивает Салтыков-Щедрин.
- Да, моё, - гордо отвечает девушка.
- И, как я понимаю, вы во Франции никогда не бывали? - замечает редактор.
- Нет.
- Сколько же вам лет, барышня?
- Девятнадцать.
Салтыков-Щедрин огорчённо вздыхает: "Рано вы, барышня, начинаете неправду писать... ".
И хоть Михаил Евграфович оставался неизменно вежлив в разговоре со всеми авторами, даже самыми нервными, тем не менее, прослыл человеком неприятным, желчным, раздражительным и вредным. А всё потому, что имел один "существенный недостаток" - говорил, что думал.
Когда её спрашивали, как ей удалось воспитать такого сына, Анна Тимофеевна Гагарина всегда удивлялась и не знала, что ответить. История матери Юрия Гагарина
Анна Тимофеевна узнала о том, что её сын побывал в космосе, по радио. Она стояла рядом с печкой. Готовила еду. Услышав новости, всё бросила и кинулась на железнодорожный вокзал,
В семье Матвеевых (фамилия родителей Анны Тимофеевны) родилось 14 детей, но выжило только 5, остальные умерли в младенческом возрасте. В 9 лет девочка, родившаяся в деревне Шахматово, оказалась в Петербурге, куда отец переехал работать. При Путиловском заводе они сняли небольшую квартиру, но при этом всей семьёй жили в одной комнате, а в две другие пустили жильцов, чтобы иметь дополнительный доход к зарплате отца и матери, которая работала прачкой. Чтобы дочь получила образование, родители отправили девочку в Путиловское училище, где она изучала русский и арифметику, училась шить и вязать. Но после революции вся семья вернулась в деревню.
В 15 лет Анна потеряла отца, затем брата, умершего от тифа, а потом и мать, которая не смогла пережить смерти сына, и осталась в 19 лет одна за старшую, с братьями и сёстрами. В 20 лет её сосватал Алексей Гагарин, сын деревенского плотника, который привел её в родительский дом. Там, на окраине деревни Клушино Смоленской области, у Анны и Алексея появилось на свет четверо детей: три сына и дочь.
Вот как Анна Тимофеевна вспоминала свой распорядок дня тех лет: «Встанешь часа в три утра, печь затопишь, приготовишь еду на весь день, оставишь её в загнетке. А тут уж пора корову доить, глядишь — время на работу идти. Вечером после дойки скотину обиходишь, вещички у ребят пересмотришь, — что подштопать, что починить — а там и спать пора».
У Гагариных было небольшое, но собственное хозяйство: лошадь, корова, несколько овец, поросята, гуси и куры. Всё это пришлось позднее отдать, когда Гагарины вступили в колхоз. Как потом вспоминала Анна Тимофеевна: «Конечно, колебались и переживали. Но в итоге пришли в колхоз не с пустыми руками».
Когда Юре было 6 лет, немцы заняли Клушино, поселились в их доме. Спасались они в обычной землянке, вырытой прямо на огороде. Николай, младший брат Анны, погиб во время бомбежки, а старших детей, Валентина и Зою, угнали в Германию, позднее они смогли вернуться живыми.
Когда пришла Победа, Гагарины переехали в Гжатск и жили там до середины 1961-го года. Деревянный дом, в котором они жили в Клушино и который отец построил своими руками, включая мебель: кровати, стулья и буфет, они разобрали по брёвнышку и перевезли на новое место. Со временем, когда сыновья женились, и семья стала больше, часто собирались всей семьёй под одной крышей. О том, что средний сын побывал в космосе, Анна Тимофеевна узнала по радио. Она кинулась на вокзал в чём была, прямо в халате и тапочках, натянув сверху телогрейку. В вагоне у неё вырвалась фраза, что Юрий Гагарин — это её сын, и все вокруг сразу стали расспрашивать о первом космонавте.
Когда Анна Тимофеевна приехала домой к Юрию, там было не протолкнуться от народу. Они с Валей сразу занялись девочками. В подъезде поставили дежурного, чтобы он не пропускал посторонних. А поздно вечером Анну Тимофеевну и Валентину повезли на специальный переговорный пункт. Там Анна Гагарина только и смогла сказать в трубку: «Сынок! » А Юрий Алексеевич: «Мама! Милая! Всё хорошо! Всё в порядке! Не беспокойся! Береги Валю, девочек, себя. Скоро увидимся, мама! »
Анна Тимофеевна потом вспоминала, как встретилась с сыном 14 апреля на Красной площади. Он обнял Валю, потом ее и она заплакала. Юрий Алексеевич её успокаивал: «Мама, не плачь, всё позади... »
После космического полёта Гагарина рядом с домом в Гжатске стали строить новый, похожий на городскую квартиру, только в саду. Это был подарок от властей. Землю сначала хотели отвести под цветник, но Гагарины возразили: «как не трудиться, если ещё полно сил? ». И тогда вокруг разбили обычный огород.
Последний раз Юрий Гагарин был в Гжатске в декабре 1967 года, приезжал навестить родителей с женой и дочками. Через три месяца он погиб.
Анна Тимофеевна, которой было тогда 65 лет, узнала об этом тоже по радио.
Юрий Алексеевич погиб 27 марта, в день рождения отца, а сообщение об этом по радио передали 28 марта. К дому сразу начали сбегаться люди. Алексею Ивановичу стало плохо, его здоровье так пошатнулось, что на похороны в Москву он поехать не смог. Анна Тимофеевна поехала, собрав последние силы. Потом говорила: «Шла я. Головы поднять не могла. Так и осталась в глазах брусчатка Красной площади».
За полтора месяца до «золотой свадьбы», Анна Гагарина похоронила мужа, вместе в горе и радости они прожили полвека. А спустя ещё четыре года после тяжелой болезни умер от рака младший Борис. Анна Тимофеевна умерла в 1984, ей было 80 лет.
В 1942 году в оккупированном Харькове 7-летняя Люся Гурченко за горбушки хлеба пела немецким солдатам «Катюшу» и песенки из трофейных кинофильмов. Но через много-много лет про своё военное детство она будет вспоминать не это, а тётю Валю, соседку по коммуналке. У тёти Вали причёска была как у актрисы Марики Рекк из фильма «Девушка
Дома она ходила в перешитых из атласного халата широких синих брюках с яркими попугаями. Под клеёнчатым передником — всегда кружевной: зайдёт интересный мужчина, клеенчатый за секунду снимается, и ты такая — ах!
Ещё у тёти Вали был самый красивый в квартире голубой чайник, изголовье кровати украшено ангелами, у неё была огромная и невесомая пуховка для пудры и несколько разноцветных боа.
У неё Люся научилась кроить на глаз и мастерить наряды за полчаса, сидеть с королевским видом на самых дешёвых местах в кинотеатре и в самые трудные минуты говорить себе: «Улыбнись! »
Люди, которых мы любим в детстве, сами не знают, что определяют нашу судьбу. Где бы ни жила Людмила Марковна, она всегда окружала себя красивыми вещами. В студенческом общежитии все застилали кровати казёнными серыми одеялами, а у неё были покрывала с оборками, замысловатые шторы, вазочки, лампы с висюльками. Домашние туфли всю жизнь — только на каблуках.
На первые в жизни серьёзные деньги, гонорар за «Карнавальную ночь», Людмила Марковна купила родителям путёвку в санаторий у моря, а себе… Себе старинную жирандоль (большой подсвечник для нескольких свечей) в комиссионке на Арбате. «Иначе жить не интересно», — говорила она. Актрисе нужны красивые декорации.
