Как мне было много дано
В первом классе учился.
Вызвали к доске рассказывать заданный на дом стишок. Пару раз запнулся-поправился - получил "4".
После меня к доске вышел с этим стишком мальчик, учившийся гораздо слабее. Он запинался на каждой строчке. Зинаида Андреевна ему подсказывала, и в итоге ему тоже объявила "4"...
Мне это
Папа и мама любили книги, всегда мне их читали, кубики с буквами были у меня лет с трех, и "Азбука". И помню, как в пять лет на улице радовался, что вывески магазинов начали со мной разговаривать - "Молоко", "Хлеб", "Дружба"...
Тогда было обычным, что ребенок идет в первый класс не умея читать, и даже не зная букв. Нет, - тех, кто ходили в детский сад, в подготовительной группе учили буквам и чтению. Но далеко не всем это давалось. Да не все дети и ходили в детсады.
В школу принимали с семи лет. Мне исполнялось семь 10 сентября. И, чтобы меня приняли в первый класс 22-й школы "с шести лет", мама привела меня на какую-то комиссию. Где мне дали прочесть "Мама мыла раму" из "Букваря", и попросили посчитать до 10. Я к этому времени читал уже бегло рассказы Носова, играл с папой в шахматы, и знал пропорции проявителей и закрепителей для фотопленок и фотобумаги. Так что в 1-й класс меня без сомнений приняли в том самом 1969 году. И в том же учебном году случилась эта история с стихотворением.
После урока подошел к учительнице с вопросом - почему мне и тому мальчику поставили одинаковую оценку, хотя он отвечал гораздо хуже.
- Потому что, - ответила Зинаида Андреевна, - ему, чтобы выучить и рассказать так, как он рассказал, пришлось приложить много старания и потратить много времени. Ты же прочитал стихотворение три-четыре раза, и легко запомнил. Если бы ты чуть больше постарался - рассказал бы вообще без запинок. Кому больше дано - с того больше спросится! Это было понятно и справедливо.
Это было понятно и справедливо.
Мне было лет пять. Родители ушли и закрыли дома. Во дворе работали строители (в частном доме жили). Сижу, смотрю мультики. И тут вырубило свет. Не описать этого отчаяния! Полчаса промаялась, а потом зажмурилась и как закричала во всё горло: "Господи, включи свет, пожалуйста! " И мужской голос откуда-то сверху ответил: "А! Щас! " — и всё включилось. До меня вскоре, конечно, дошло, что это был строитель, но стоило видеть мои глаза в тот момент…))
Мама всегда думала, что я умнее, чем моя младшая сестра. Что у меня в десять лет была голова на плечах, и я не делала глупостей. Мама не знает, что мы с подругой ходили к незнакомым людям домой брать котят. Гуляли до утра, сказав, что ночуем друг у друга. Следили за дядькой-эксгибиционистом и однажды почти дошли за ним до леса (ума палата, [м]лять). Часто тёрлись возле площадок, где по ночам собирались синячить разные сомнительные компании. Ели неспелые орехи, расколотые кирпичом, и резали Сникерс осколком грязной бутылки — зато поровну! Доставали мелочь из фонтана, чтобы купить календарики. Болтали с каким-то нарколыгой на пустой остановке. Искали мою убежавшую собаку вместе с какими-то мужиками. Про крыши и заброшки вообще молчу. Причем родители у меня не безответственные и семья благополучная, да и я, вроде, не тупая. Просто чудо, что со мной все в порядке. Пусть мама думает, что я умница.
А годы идут... Наше поколение в детстве играло в войнушку против фашистов, нынешнее освоило сноуборды и Интернет, а поколение наших отцов совершало набеги на яблоневые сады и вытаскивало из Урала тонущего Чапаева. Собственно, об этом поколении речь и пойдёт.
В далёком 1942-м году, в марте месяце, друг моего деда вывез на своём штурмовике
За 3 года эвакуации пацанва вся поперезнакомилась, подружилась, и уже не делилась на "питерских", "хохлов" и местных. Любимым занятием (и небезопасным) были ночные налёты на колхозные яблоневые сады, которые, естественно, охранялись. Малышня от 8 до 11 лет по ночам лихо набивала под майки дары природы, более старшие убегали на фронт, но ловили их не далее, как в Кургане, меньших ещё пока не выпускали вечерами из дому.
В одну из таких ночей, грозным окриком "Стой, кому говорят! ", мой отец был остановлен и пойман ночным сторожем. Ловко ухватив паренька за ухо, дед грозно произнёс: "Так, лопухий! Где живёшь? Сейчас к отцу-матери отведу! ". Батька захлюпал носом: "Нет папы... Гитлер на фронте убил... "
Дед как-то обмяк, отпустил ухо, и дал пацанёнку лёгкого подзатыльника. "Беги, малец, домой, к мамке... ". У сорванца только пятки засверкали...
Прошло много лет, мне уже было 9 лет, батьку разобрал приступ ностальгии и в августе 1972 года мы поехали туда, в Шадринск, на пару неделек. Как ни странно, друзья детства быстро отыскались. Была и водочка и шашлычок, и степенные семейные прогулки по тихим улочкам.
- А слабо, парни, как детстве, яблок наворовать?
Ох уж это знаменитое "слабо"...
Трое мужиков, отцы семейств, обременённые должностями и отросшими животами, тяжело перевалившись за ограду, полезли на яблони, солидно складывая их в авоськи. Я с интересом наблюдал за ними, и искренне недоумевал, так как яблок и дома полным-полно, а если не хватает, то можно и на базарчике купить.
- Эх, нет уже того задора, романтики нет... - громко вздохнул отец. Приятели с ним дружно согласились.
В это время из темноты что-то сада громко рявкнуло стариковским надсадным голосом: "Стой, кому говорю! Что, ушастый, опять яблочков захотелось? "
Яблоневая ветка под отцом предательски треснула, и он с шумом рухнул на землю.
... Потом он признавался, что никогда в жизни ни до ни после он не был так перепуган...
Сыночку 7 лет, попал в больницу, первый раз без родителей, естественно испытал шок и за неделю прошёл там школу жизни у старших товарищей. Наконец выписка, и мы, счастливые родители, обцеловав свое выздоровевшее чадо, везём его домой. Тут ребёнок решил поделиться накопленными знаниями: "А знаете, что у меня было написано на наволочке ручкой?"
-"???"
-"Прощай подушка, прощай матрас, меня заменит другой пи%орас!!!" Муж чуть руль из рук не выпустил!
Муж чуть руль из рук не выпустил!
"Сильно пожилая... Ей уже лет 40 наверное... "
Когда я 1 сентября вернулся домой после своего первого похода в школу, мама спросила меня про учительницу, не слишком ли старая? На что получила ответ: "Неее. Не сильно. Просто пожилая. Как ты. " На тот момент ей не было даже 25.
На тот момент ей не было даже 25.
Решила подзаработать на последнем курсе универа няней. Наняла знакомая семья, нужно было день с ребёнком 5 лет сидеть, в доме также брат и сестра 12-13 лет. Они сами в основном, но со мной играли.
Весь день прошёл отлично, мы дружили, под вечер они играли в игру с мешком, запихивали друг друга в мешок и выбирались. Ну я согласилась с ними, помогала. Потом очередь моя. Меня запихнули, мешок плотный, но оказался меньше, поэтому до шеи завязали его крепко, много, наверх скотчем даже для надёжности. Начала выбираться, через время поняла, что не могу, застряла, [м]лять! Опять пыталась, в итоге я просила их выпустить меня, так как сама не могу, а тем смешно, не выпускают.
Я сама пытаюсь и уже разозлилась, начинаю настойчиво требовать и угрожать. В итоге старшая предложила заклеить мне рот. И да, они залепили мне рот тем же скотчем, а я ничего сделать не могу, так как в мешке. И тут я конкретно ох[рен]ела. Я начала конкретно брыкаться и злостно мычать на них, но меня так оставили.
В итоге я так просидела целый час, пока не пришла их мама. И тут я в мешке, с заклеенным ртом Меня освободили, я красная (и стыд, и красный буквально рот от ленты) и злющая была. А тем весело. В общем, она меня больше не нанимала, а я с детьми больше не работала никогда.
Навеяло зависанием между 1 и 2 носком.
Наш ребенок учился в 3 классе. На собрании я и еще несколько родителей получили разгон за постоянные опаздания детей. Поудивлявшись, промолчали. Это повторилось в следующий раз, по дороге домой мы удивлялись уже все вместе. Дети наши дружили, но они еще не ходили в школу группой, всех приводили родители.
Полное наше недоумение длилось до тех пор, пока я случайно не забыла отдать ребенку у школы пакет с рисованием. Обнаружив его у себя, я рванула обратно и, зайдя внутрь, застала всю теплую компанию в разгар преступления. Звенел 1 звонок (перед 1 уроком их было 3), а наши гаврики, каждый из которых вытряс из пакета сменку, снял с ноги 1 сапог и расстегнул куртку, расположились всем составом на длинной лавочке и вели, абсолютно никуда не торопясь, неспешные светские беседы. Периодически к ним подходили дежурные старшеклассники и предлагали бедным неумелым детишкам свою помощь, но юные негодяи и негодяйки культурно отказывались и даже не собирались продолжать. Увидев меня и почуяв приближающийся взрыв, компания вежливо поздоровалась, мгновенно закончила процесс и испарилась в класс. Конечно, пришлось поделиться своим открытием с другими родителями. Тем дело о таинственных опозданиях и закончилось.
Кому вирусов отсыпать?
На четвертную контрольную работу девятиклассник Даня пришёл с опозданием и тихо сел за последнюю парту к другу Мише. Когда я подошла к нему с бланком работы, то заметила, что Даня бледнее обычного и вообще какой-то заторможенный.
- Ты в порядке? - спрашиваю. Он шебутной обычно, а тут
- В порядке, - говорит. - Просто не выспался.
Ну в порядке - так в порядке. Но поглядываю на него периодически. Через какое-то время замечаю, что Даня то и дело почёсывается. Ещё раз уточняю, всё ли хорошо. Говорит, что хорошо.
Минут через двадцать пять он встаёт, сдаёт бланк, заполненный максимум на четверть, наклоняется ко мне и шепчет:
- Можно я пойду к классному руководителю домой отпрашиваться? Я болею, у меня температура со вчерашнего вечера.
Да ё-моё!
- Ты вообще зачем пришёл в школу с температурой? Врача надо было с утра вызвать. Мама что, не в курсе?
- Так мама меня и отправила в школу. Сказала, никому не говорить, что я болею, потому что если я не напишу контрольную нормально, то тройка в четверти выйдет. А после школы врача вызовем...
Итоги ситуации таковы:
1. У Дани оказалась ветрянка.
2. Он заразил соседа по парте Мишу и классного руководителя, которая переболела очень тяжело и долго была на больничном.
3. Контрольную он, разумеется, написать всё равно не смог.
Уважаемые родители. То, что некоторые из вас не думают о здоровье чужих детей и учителей, мы давно поняли. Но пощадите хотя бы здоровье своих собственных.
Что касается исправления троек и прочих неприятных оценок, то с любым вменяемым учителем можно договориться об отсрочке выставления четвертных оценок заболевшему ученику. Это не конец света, правда.
Забыла на стиралке мерный стаканчик от порошка. Муж устроил скандал, мол, ребёнок в доме, а вдруг оближет, техника безопасности, бла-бла-бла. Приходит ребёнок, открывает оба детских замка на шкафчике с моющими средствами, прячет стаканчик, закрывает оба замка и говорит: «Вот так надо. Запомнила? »
Преамбула: мой сын (11 лет) недавно лежал в больнице, почти всю первую четверть, а потом, до кучи, еще и палец сломал...
Амбула: сидят они после школы дома с бабушкой, сын уроки делает и, видимо, между делом думки думает. Потом спрашивает бабушку:
- Ба, ты знаешь, что все великие люди жили недолго? - ?? А что? - Вот и у меня со здоровьем что-то не очень...
- ?? А что?
- Вот и у меня со здоровьем что-то не очень...
Домой влетает взбешенный глава семейства и страшно матерится.
- Что случилось? – испуганно спрашивает жена.
- Представляешь, - сбивчиво объясняет отец, - поднимаюсь спокойно по лестнице домой, как вдруг на меня кидается с кулаками сосед. Всегда спокойный, интеллигентный такой, а тут словно с цепи сорвался. Не успел
- Ну, рассказывай, паршивец, - обращается отец к сыну, - что ты снова натворил?
Сынок, зная суровый характер отца и последствия молчания, начинает нехотя объяснять:
- Да ничего особенного. Просто мы с Васькой, его сыном, хотели у них в квартире шарики надуть...
- Какие-такие шарики? – недоумевает отец
- Я взял их у вас в спальне. Они в пачках были. Всего там было три пачки
…
- Боже мой! - жена со слезами обращается к мужу, - Прости меня, дорогой, а я подумала, что ты мне стал изменять … Помнишь, месяц назад ты купил три пачки. Сказал, что это подарок для меня … И вдруг вчера они исчезли. Прости меня, дуру, за глупую ревность! - и она заревела громче …
- Молчи, дура, - за умную сойдешь! - рявкнул отец. К сыну:
- Продолжай, паршивец…
- А чего продолжать-то. Хотел я эти шарики дома надуть, не получилось у меня. Только слюней и соплей туда напускал… Тогда я пошел с ними к Ваське. Он всегда надувает ртом футбольные мячи и может даже подкачивать велосипеды …
- Ну, а дальше что было7 – не выдерживает отец, - про шарики рассказывай!
- А что дальше? Прихожу я к Ваське. Резинки в кулаке зажаты. Меня встречает его мать и сразу приглашает пройти на кухню чай пить. Что мне оставалось делать? Сунул я незаметно эти резинки в карман какой-то шубы, что висела на вешалке в прихожей. Захожу на кухню к ним, а там за столом уже сидит Васька со своим отцом. Отец поднялся сразу и сказал, что пойдет покурить в прихожую. Мать Васьки налила мне чаю. Потом задумалась, что-то вспоминая, и затем произнесла радостно:
- Мальчики, я сегодня купила шикарные конфеты! Сейчас я вас угощу. Отец, - кричит она, - достань из кармана шубы сладости и принеси сюда.
Васька обрадовался и я тоже жду … Вдруг из прихожей раздался какой-то звериный рев. Потом на кухню врывается Васькин отец, а в руках у него эти самые … и свисают между пальцами. А Васькин отец подскакивает к матери, тычет ей резинками в лицо и тихим голосом спрашивает:
- Говори, с@ка, чьи эти сладости? !
Мать, естественно, вытаращила глаза и ни слова! И Васька тоже глаза вытаращил и тоже ни слова. Установилась гробовая тишина. Тут я не выдержал и сказал правду:
- Они принадлежат моему папе!
Отец Васьки посмотрел на меня таким взглядом … Я сразу понял, что пора сматываться. Мы с Васькой выскочили и пошли гонять мяч. Вот и вся история …
Стою курю на заднем крыльце дома. Во дворе бегают дети лет 10-12.
Из-за угла выруливает очень пухлый пацан и направляется куда-то в глубь двора. Неподалеку какие-то две девочки начинают тыкать в него пальцами и смеяться. Парниша оборачивается и голосом с хрипотцой, интонацией как у Дона Корлеоне и активно жестикулируя говорит:
- Яна, Яна, милая, ты что-то хочешь мне сказать? Ты хочешь что-то до меня донести, дорогая? Так подойди и скажи мне это в лицо, Яна! А если ты и дальше будешь кричать за моей спиной, то подойду я и надеру тебе твой тощий зад!
Я не выдерживаю и начинаю смеяться. Парень оборачивается ко мне, снимает кепку и немного наклонив голову, говорит:
- Добрый вечер, мадемуазель. Теперь это мой любимый пацан во дворе)
Теперь это мой любимый пацан во дворе)
Половой вопрос
Непосредственным участником этой истории я не был, но услышал её от одного из главных персонажей. Шёл 1989 год. Советский Союз трещал по швам. Вместе с ним трещали и моральные устои. Но ещё оставались нетронутые тлетворным влиянием перестройки девушки. Именно такой и была молодая выпускница педагогического
Воспитанная матерью филологом, потомственная учительница, она отворачивалась (при матери) когда по телевизору в фильмах показывали скромные советские поцелуи. А недавно вышедший фильм «Маленькая Вера» считала чёрной п@рнухой. Но конечно же не сдержалась и посмотрела.
7Б был бы неплохим классом. Если бы не Петя Кучеренко. Он был хулиганом и грозой параллели с 1 класса. И чем дальше, тем более отвязными становились его шутки. Тем меньше он считался с авторитетом старших. Ирина Ивановна стала первой, на ком он стал проверять степень своей безнаказанности. Но до сегодняшнего дня шутки его были глупыми и детскими.
Шёл последний урок — урок литературы. Ирина Ивановна пыталась донести до учеников всю трагедию жизни и смерти Мцыри. Его подвиг, его чувства. Но класс откровенно скучал. Петя скучал больше всех.
Никакого подвига в том, чтобы убежать из монастыря и тут же сд@хнуть он не видел. Но слова «ко мне он кинулся на грудь, но в горло я успел воткнуть» не давали покоя начинающим просыпаться гормонам.
Неожиданно для самого себя, Кучеренко встал и уже почти сформировавшимся баском на весь класс сказал.
— Ирина Ивановна, может быть прекратим заниматься фигней и обсудим половой вопрос?
— Половой вопрос? — переспросила учительница.
Она все еще была мыслями в горном монастыре и любовалась красотой природы. Когда смысл сказанного наконец дошёл до Ирины Ивановны, слёзы брызнули из её глаз и она всхлипывая выбежала из класса.
В учительской сидели учителя старого поколения. Среди них выделялась Людмила Викторовна — 50 лет, завуч, член партии, КМС по метанию ядра, 190 сантиметров роста и 120 кг веса. Ирина Ивановна вбежала в учительскую, упала на стул и громко разрыдалась. После кружки чая она рассказала, что произошло.
— Я разберусь! — рявкнула Людмила Викторовна и кажется одними мышцами ягодиц отбросила стул к стене.
Как и любой класс, оставшийся без учителя, 7Б шумел. Но никто не ушёл домой несмотря на то, что урок был последний. Распахнулась дверь и в класс вошла Людмила Викторовна. Сразу воцарилась такая тишина, что стало слышно, как на шкафу совокупляются мухи.
— Все свободны, Кучеренко остался!
Класс молниеносно, но при этом в абсолютной тишине очистился от детей.
— Кучеренко, я считаю, что ты достаточно взрослый, чтобы не только обсудить половой вопрос, но и приступить к практическим занятиям, — сказала завуч и закрыла дверь класса на ключ.
Вся жизнь пролетела перед глазами Пети. Его яички сжались до размера горошин. Не так он представлял свой первый ceкс. Холодный пот предательской струйкой стекал по спине и щекотал между булок.
— Я… Я не хочу. Не надо. Я больше не буду, — лепетал он.
— Сейчас ты у меня будешь жить половой жизнью! — гремел голос Людмилы Викторовны. И она неумолимо надвигалась на Кучеренко как айсберг на Титаник.
Когда хулиган уже вжался спиной в дальнюю стену и между ними оставалось каких-то пару метров, она остановилась и, указав рукой в угол, сказала:
— Вон там ведро и тряпка. Берешь их и драишь полы до зеркального блеска! Вот такая у тебя будет сегодня половая жизнь!
Петя Кучеренко шёл домой. Он курил, не прячась ни от кого и улыбался. Сегодня он не стал мужчиной, но был этому несказанно рад...
Давно это было…. . В СССР, в 70-х годах прошлого века… Семья проживала в военном городке, мама была дежурной по ж. д. станции, разруливала поезда, отец, офицер, на военной службе дежурным по штабу. Я учился в 4м классе… в ту ночь остался один дома…. смотрел телевизор… И в 12 часов ночи началось…. Подорвался военный склад с боеприпасами… Огненное зарево на полнеба, грохот, болванки от пороховых зарядов летают по небу, попадают в крыши домов…, в городке паника, объявляют срочную эвакуацию… если еще подорвется склад ГСМ, топливо зальет весь городок… Но мне не было страшно… Сижу и думаю…оставаться в квартире панельного дома опасно… если болванка попадет в панельный дом, он сложится как карточный домик…. нужно выйти на открытое пространство… Вышел из дома, сел на лавочку возле футбольного поля и стал смотреть на весь этот цирк… Боеприпасы взрываются, люди в панике бегают по улицам… Одному мне не страшно… Смотрю, идет одноклассница Света с потерянным видом… Я подошел к ней, взял за руку, подвел к лавочке… сказал садись и ничего не бойся… с нами ничего не случится… Пока всю ночь грохотало, летало, мы оба сидели обнявшись на лавочке и смотрели… К утру все стихло… и жизнь вернулась в привычное русло… Мораль здесь одна: никогда не паникуй…