Был в командировке в Монголии. Возили нас на экскурсию в буддийский монастырь. Там монах предложил мне купить бронзовую статуэтку какого-то толстого божка.
В те времена (90-е годы прошлого века) это у нас было в диковинку, и я рад был приобрести такой сувенир.
Когда я отдал деньги монаху, он предупредил, чтобы я в аэропорту это спрятал, а то отберут как произведение искусства. Забрать назад статуэтку этот монах отказался: у попа сдачи, а тем более, возврата денег не бывает!
Что делать? Не ругаться же с монахом. Решил – заберут так заберут. Деньги не такие уж большие.
Сувенир я положил в кейс, а кейс в чемодан. Чемодан проходит в аэропорту просвечивание, и таможенник кричит: "Сувенира, сувенира – открывай чемодан! ". Я открываю, вытаскиваю из него кейс и кладу рядом с чемоданом. Таможенник роется в чемодане и ничего, естественно, не находит. Он зовет коллегу, и они вместе смотрят в телевизор и роются в чемодане. Просят меня еще раз пропустить чемодан через телевизор. Я это делаю. А кейс оставляю на столе. Они ничего не видят на экране и отпускают меня. Я на их глазах кладу кейс в чемодан, закрываю его и ухожу!
Не могу не рассказать историю про гениального телемастера, работу которого наблюдала однажды в детстве. Был у нашей семьи телевизор марки "Рубин", один из первых цветных телевизоров. Для "цифрового" поколения поясняю: это был здоровенный ящик кубической формы. Хороший, кстати, телевизор был. Но прошло некоторое количество лет
1. снял с телевизора заднюю пластмассовую крышку;
2. просверлил в ней две дырки;
3. в каждую из этих дырок пропустил по проводу и зачистил их концы;
4. надел заднюю крышку обратно на телевизор;
5. просверлил две дырки в крышке от банки;
6. пропустил в каждую из этих дырок по проводу;
7. присобачил (другого слова не подобрать) между проводами какую-то железную пластинку;
8. получившееся соединение опустил в стеклянную банку и закрыл крышку;
9. замазал пластилином все просверленные дырки и горлышко банки.
После этого он поставил банку с получившейся фигнёй внутри рядом с телевизором и сказал: включайте, должно работать, а если вдруг возникнут помехи - осторожно покачайте банку из стороны в сторону. Включили - и телевизор заработал как миленький! На этом "баночном" управлении он проработал еще лет семь и дожил до эпохи современных плоских телевизоров, прежде чем упокоиться окончательно и бесповоротно.
По правде говоря, как тогда я не понимала, что именно мастер сотворил, так и сейчас я этого не знаю. Пусть разбираются профессионалы. Просто с тех пор я совершенно не боюсь никакого грядущего апокалипсиса: пока на белом свете есть хоть один такой мужик - человечество неистребимо!
Как-то раз боги, собравшись, решили поразвлечься. Один из них сказал:
—Давайте что-нибудь отберём у людей?
После долгих раздумий решили отнять у людей счастье. Вот только куда его спрятать?
Первый сказал:
—Давайте запрячем его на вершине самой высокой в мире горы.
—Нет, мы сделаем людей сильными, кто-то сможет взобраться и найти, и если найдёт один, все остальные сразу узнают, где счастье, — ответил другой.
—Тогда давайте спрячем его на дне моря!
—Нет, не забывай, что люди любопытны, кто-то сконструирует аппарат для подводного плавания, и тогда они обязательно найдут счастье.
—Спрячем его на другой планете, подальше от Земли, -предложил кто-то ещё.
— Нет, помни, что мы дали им достаточно ума, когда-нибудь они придумают корабль, чтобы путешествовать по мирам, и откроют эту планету, и тогда обретут счастье.
Самый пожилой бог, который на протяжении всего разговора молчал, сказал:
—Я думаю, что знаю, где нужно спрятать счастье.
—Где?
—Спрячем внутри них самих, они будут так заняты его поисками снаружи, что им и в голову не придёт искать его внутри себя.
Все боги согласились, и с тех пор люди тратят всю свою жизнь в поисках счастья, не зная, что оно спрятано в них самих. автор неизвестен
Сергей Васильевич Рахманинов – крупнейший мировой композитор – покинул Россию в 1917 году и осел в США.
Практически 10 лет после отъезда из России он не писал музыку, много гастролируя по Европе и Америке, где его признали крупнейшим дирижером и величайшим пианистом эпохи.
При этом Рахманинов на протяжении всей своей жизни оставался человеком, стремящимся к уединению, неуверенным в себе и ранимым.
У Рахманинова была уникальная особенность – самый большой из всех известных пианистов охват клавиш.
Он охватывал сразу 12 белых клавиш, а левой рукой брал совершенно свободно аккорд «до ми-бемоль соль до соль».
Как-то Рахманинов заслонился от папарацци, не желая сниматься, а вечером в газете появилось фото композитора: лица видно не было, только руки. Подпись под фото была такой: «Руки, которые стоят миллион! ».
Подпись под фото была такой: «Руки, которые стоят миллион! ».
Евгений Леонов (Джентльмены удачи, Кин-Дза-Дза) сыну:
"Помнишь, ты строил рожи у доски, класс хохотал, а учительница потом долго мне выговаривала. Вид у меня был трижды виноватого, точно я стою в углу, а она меня отчитывает как мальчишку. Я уже готов на любые унижения, а ей все мало: - Ведь урок сорван... - ведь мы не занимаемся полноценно сорок пять минут. . ведь сам ничего не знает и другим учиться не дает... - ведь придется вам его из школы забрать... - ведь слова на него не действуют... »
Пропотели рубашка, пиджак и мокасины, а она все не унималась. Ну, думаю, дам сегодня затрещину, все! С этими мыслями пересекаю школьный двор и выхожу на Комсомольский проспект. От волнения не могу сесть ни в такси, ни в троллейбус, так и иду пешком...
Женщина тащит тяжелую сумку, ребенок плачет, увидев меня, улыбается, спиной слышу, мать говорит: «Вот и Винни-Пух над тобой смеется... " Незнакомый человек здоровается со мной... Осенний ветерок обдувает меня. Подхожу к дому с чувством, что принял на себя удар, и ладно.
Вхожу в дом, окончательно забыв про затрещину, а увидев тебя, спрашиваю: «Что за рожи ты там строил, что всем понравилось, покажи-ка». И мы хохочем. "
В стародавние времена, когда можно было путешествовать и посещать музеи, в доме-музее Рембрандта в Амстердаме я узнал интересный факт. Рембрандт, как известно, был не только художником, но и предпринимателем - торговал картинами, своими, и своих земляков, многих из которых сейчас уже никто не помнит. И вот часто так случалось, что картина покупателю нравилась, а цена не устраивала. Тогда Рембрандт с учениками, или самолично, писал копию по сходной цене. Только представьте - Рембрандт ван Рейн копировал каких-то третьесортных творцов! Хотя чего удивляться? Ахматова, Тарковский и Пастернак кормились переводами никому не известных таджикских и киргизских поэтов. А Соловьёв, когда акынов не хватало, попросту их придумывал, вместе с их творчеством. Рембрандту, пожалуй, такое бы в голову не пришло...
Про рюкзак с деньгами и не только
В 92-93-м годах работал старшим продавцом в коммерческом магазине на привокзальной площади ст. Воскресенск.
Ассортимент, как в большинстве тогдашних "комков", определялся "случайной выборкой". Что подвернулось - то и продавали: одежду, обувь, спиртное, сигареты, продукты, бижутерию, посуду...
Люди приносили
К примеру, - у меня дома висел в шкафу чешский мужской костюм. Купил в госторговле, когда работал в школе, но ни разу не надел. Принес теперь в наш этот магазин "Аист", вывесил, продал очень быстро за 400 рублей. Кстати, эти деньги сразу заплатил за обучение в автошколе на категорию "С".
Один парень челночил в Польшу, привозил оттуда и сдавал нам на реализацию косметику.
Другой - дважды в неделю привозил на реализацию (как потом выяснилось, из Лужников), спортивные костюмы "Адидас", джинсы "Мальвина", часы "Монтана", турбозажигалки, и много чего. Приедет, получит деньги за ранее привезенное и уже проданное, выложит ещё кучу товара из своих баулов.
Пиво и водку привозили из Рязани случайные люди.
Заходит мужик:
- Водку рязанскую 10 ящиков возьмешь по 90?
- Давай 85!
- Бери!
Выгружаем из его жигуленка 10 деревянных, обитых железом по уголкам ящиков водки, отсчитываю ему из кассы деньги, выставляю водку по 110 - как у конкурентов... Два-три дня - водка продана. Кругом промышленные предприятия, автобаза, овощебаза торга...
Пиво - тоже привозили с Рязани. Писал когда-то "Как я кислым пивом торговал".
Люди сдавали "на комиссию" из своих запасов посуду, обувь, одежду, игрушки...
Однажды два мужика заносят в магазин большой деревянный ящик:
- Мотоплуг возьмете? Новый!
Я - в сомнении...
- А сколько стоит?
- Двенадцать тысяч.
- Не дорого ли?
- Купят! А нет - заберем назад!
Оторвали одну доску, нащупали внутри паспорт изделия, вытащили...
Такого высокого ценника у нас ещё не было.
Принял, выписал накладную...
Стоит этот ящик из неструганных досок, с ценником, нарисованном фломастером на альбомном листочке, неделю, другую...
Хозяйка магазина мне уже выговаривает:
- Зачем ты его принял?! Сколько он будет стоять? Придёт хозяин - пусть забирает!
А мобильников-то ещё нет! У меня только ФИО хозяина на накладной. Он, наверняка, заглядывает в магазин, видит ящик, и не объявляясь уходит.
Когда однажды заходит дедок в застиранной спецовке. С ним жена, видимо, - тоже одета простенько по-деревенски.
И они сразу к этому ящику. А я - к ним.
Он:
- Паспорт на мотоплуг есть?
Я с сомнением спросил:
- Вы ценник видите?
- Видим! Паспорт на мотоплуг есть? Посмотреть его можно?
Вынул из-под кассы паспорт, принёс из подсобки гвоздодер. Распечатали ящик. Убедились, что мотоплуг в заводской смазке и в полной комплектности.
Дедок идет к кассе, снимает с плеча потрепанный брезентовый рюкзак, и вытряхивает из него пачки рублевок и трешниц. Все купюры потрепанные и затертые.
Тут-то я понял, что деньги они наторговали продажей овощей и зелени со своего участка. (Кстати, - на пачки денег тогда надевали черные резинки, нарезанные из велосипедных камер. )
Пока я пересчитывал эти 12 тысяч, его жена засветила кошелёк с десятками. Денег они взяли с запасом. Но избавиться, вполне разумно, хотели от мелких.
Потом мы снова заколотили ящик, и я помог загрузить его на мотоцикл "Урал" со снятым "корытом" коляски.
Мне было неловко за свой бестактный вопрос "Вы ценник видите? ".
Но, как потом понял, их это не обидело. Наоборот, - с тем большим торжеством дед вытряхивал из рюкзака свои честные деньги!
Из книги Иосифа Прута:
С Сергеем Михалковым я дружу, пожалуй, года с тридцать пятого. Вы знаете о его небольшом дефекте — речевом. Как-то шел он по улице Горького, увидел меня, подходит, взволнованно что-то пытаясь сказать. Я его опередил словами:
— Если насчет денег, даже не заикайся!
Надо заметить, когда речь шла о деньгах, он… не заикался!
— Н-нет! Я иду… из ре-ре-дакции «Пра-авды». С-с-да-ал… — Пауза. — Две-две-ести строк. — И абсолютно не заикаясь добавил: — Получил сто сорок рублей. Правда, здорово?!
Уже в послевоенные годы мы поехали с Сережей Михалковым в Одессу, намереваясь писать сценарий.
Сергей говорит:
— 3-значит, так: восемь часов спим, д-два часа работаем, д-два часа гуляем, д-два в день — на еду, д-два — на баб, еще д-два часа мне, чтобы вылечиться от з-заикания. В Одессе это умеют…
И вот тут-то произошел знаменитый диалог писателя с милиционером. Дело было на одесском вокзале: долговязый Михалков видит маленького милиционера. Манит его к себе пальцем и произносит:
— А с-скажите, где тут у вас з-знаменитая школа з-заикания?
Милиционер, настоящий одессит, в ответ: — 3-зачем вам школа? В-вы же и так в-великолепно з-з-заикаетесь!
— 3-зачем вам школа? В-вы же и так в-великолепно з-з-заикаетесь!
Агамемнон рассказал про своего дядю Сократа.
В самом конце 80-х дядя Сократ репатриировался в Грецию, и там у него началась новая интересная жизнь без многих удобных вещей. Таких, например, как деньги.
Никто не хотел давать репатриантам постоянную работу.
Но поскольку дядя Сократ был рукаст и трудолюбив, его стали приглашать
Потому что в краю советском у дяди осталась семья, и этой семье требовался дом. В смысле жилья дядя был очень категоричен. Сам он готов был скитаться по съемным квартирам, но с семьей — никогда.
В жарких советских республиках такое было не принято.
На покупку земли дяде пришлось бы копить лет триста, но имелась лазейка в законе. Нельзя было строить на самозахваченном участке, но узаконить уже возведенный дом было можно.
Поэтому возникла непростая задача — чтобы никто не видел процесс строительства.
Чтобы дом появился уже сразу целый.
Так дядя Сократ стал строиться по ночам. Вечером он ел на берегу свой бутерброд и ждал, когда совсем стемнеет.
А потом действовал.
И вот однажды, когда дядя в очередной раз ел бутерброд, грустил о семье и ждал темноты, к нему неспешно подошел полицейский.
— Мне кажется, тут кто-то строит дом, — сказал он. — Не знаете ли вы, кто?
— Нет, — сказал дядя Сократ, — не знаю. Да и непохоже, чтобы это был дом. Никогда не видел таких домов, руина какая-то.
— Может, и руина, — задумчиво сказал полицейский и ушел.
Через пару месяцев он вернулся. Дядя Сократ сидел на том же камне и ел как будто тот же бутерброд.
— Это совершенно точно дом, — сказал полицейский.
— Я бы не ручался, — ответил дядя Сократ.
— Не вы ли его строите? — спросил полицейский.
— Нет, не я, — сказал дядя Сократ. — Я ем бутерброд.
Через некоторое время полицейский снова пришел. На него невинно смотрели почти достроенный дом и часто моргающий дядя Сократ.
— Хотите бутерброд? — дядя решил зайти с козырей.
— Не поможет, — сказал полицейский.
— Плохо, — загрустил дядя Сократ.
И рассказал ему всю правду о том, как тяжело приехать в новую страну к новым людям, пусть ты им и родственник по линии Зевса.
Какие вкусные пирожки печет его жена.
Как сын выиграл городскую олимпиаду по математике.
Какие глаза у его младшей дочери.
Что он не видел свою семью почти год.
И как мечтал их всех привезти в этот дом с балконом на море, пока ночами клал кирпичи.
— Это очень грустная история, — согласился полицейский, — но я все равно буду вынужден на вас заявить. Дом снесут, к сожалению.
— Ладно, — кивнул дядя Сократ. И пошел обходить свой почти случившийся дом, представляя, как всё могло бы в нём быть, и со всем этим прощаясь.
Вечером полицейский приехал с тремя бутылками вина и сказал:
— Я не смог.
И они до утра пили, пели и плакали.
В этом доме дядя Сократ живет до сих пор. Его жена по-прежнему печет вкусные пирожки, а у внучек глаза такие же, как у младшей дочери.
Полицейский к ним заглядывает не реже раза в месяц. При нем всегда три бутылки вина.
При нем всегда три бутылки вина.
В журналах «Техника-молодежи» середины 70-х годов мне очень нравился «Авиамузей» - замечательная красочно иллюстрированная энциклопедия авиации. Итак, открываем выпуск в № 12 за 1976 год, статья «Формула бомбардировщика»:
Что, наконец, важнее — уничтожить крупный авиазавод или стереть с лица земли «всего лишь» предприятие по выпуску шарикоподшипников? Потеря первого сразу же скажется на выпуске столь нужных врагу самолетов, но быстро восполнится более интенсивной работой уцелевших заводов. Недостаток подшипников скажется на военном производстве не так быстро (благодаря запасам), но неизбежно снизит выпуск уже не одних самолетов, а буквально любого вида вооружения, в котором что-то вращается или совершает колебательные движения.
В нынешней России не осталось подшипникового производства. Уцелевшие заводы перефасовывают и ставят свое клеймо на китайскую продукцию, причем не самую высококлассную. Один мой родственник, разбирающийся в таких делах, просто офонарел, когда купленные им подшипники с легкостью точились надфилем! Так что для нас разрушительнее — наша нынешняя власть или помещенный в том выпуске «Хейнкель — 111» с его жалкой 1000 кг бомб и скоростью 390 км/ч?
Когда-то в бассейне Петербурга молодые инженеры показывали академику Алексею Николаевичу Крылову модель нового парохода. Всё рассчитали правильно: корпус обтекаемый, машины мощные. Но модель не развивала проектной скорости.
Крылов посмотрел, и сказал коротко:
— Тут дело не в корпусе. Надо винты обрезать.
И
Я, конечно, не Крылов. Но вот недавно увидел фотографии с турецкой яхтой, построенной за почти миллион долларов. Только спустили её на воду — и через несколько минут она легла на бок и затонула. Сейчас там комиссии, расследования, экспертизы… А на самом деле всё видно с первого взгляда: слишком высокая надстройка, центр тяжести задран — устойчивости нет. Такая яхта будет не плыть, а валиться. Этого не заметил ни капитан, ни судостроитель. Все-таки зуб даю, что хоть кто-то один, но сказал «это яхта завалится», но от него отмахнулись.
Меня когда-то тоже приглашали работать суперинтендантом на исторические пассажирские пароходы. Я подошёл, посмотрел и сказал прямо:
— Вашу контору надо закрыть.
Спрашивают:
— Почему?
Отвечаю:
— Потому что вы всё ещё держитесь за угольные суда, а мир уже перешёл на дизельные. Угольные пароходы взрывались.
Котёл разогрет, давление растёт, а энергию надо расходовать. Если не расходуешь и предохранительный клапан не срабатывает — топку уже не остудишь, беда неминуема. Кочегар накидал угля в топку. Давление в котле выросло. Пароход идёт на полных парах. На максимальной скорости. Но тут надо резко затормозить и сбросить ход. Но энергия горящего угля уже накопилась в котле. Её надо куда-то сбрасывать. Если предохранительный клапан не подорвёт, не откроется, то тогда - колоссальный взрыв. Такой же, который произошёл в Чернобыле. Там взорвался не реактор. Там взорвался котёл. Тротил при взрыве увеличивается в объёме в 300-400 раз, а вода, если её разогреть мгновенно, увеличивается в объёме в 1700 раз. Так что вода – самое мощное взрывчатое вещество. Проблема – только её мгновенно нагреть, чтобы было осуществлено с помощью ядерного реактора на Чернобыльской атомной станции.
После войны в Одессе был случай: на рейде стоял пароход с американскими тракторами. Взорвался котёл. Судно стояло километрах в четырёх от берега, а один трактор перелетел все четыре километра и упал прямо на пляж. Вот такая инженерия.
Найдено на просторах Интернета. Письмо Путину от лица жителей Вологодской области.
«Уважаемый Владимир Владимирович.
Мы узнали, что вы хотите ввести войска в Крым, чтобы защитить права русскоязычного населения
В связи с этим у нас большая просьба — ввести войска в Вологодскую область. Мы тут все сплошь русскоязычные и наши права очень ущемляются. Наши больные не могут получить нужных им лекарств и лечения, уровень нашего образования падает с каждым годом, закрываются детские секции и кружки, сельское хозяйство практически уничтожено. Мы все очень страдаем.
Мы будем вам очень благодарны и гарантируем, что никакой партизанской войны против освободителей не будет. Да и международных санкций наверняка не последует.
А еще мы узнали, что вы собираетесь потратить много денег, чтобы нормализовать жизнь в Крыму. Стесняемся спросить: можно ли потратить эти деньги на нормализацию жизни в Вологодской области. А то наша область в такой долговой яме, что ни на что денег не хватает. А нам очень нужны мосты, дороги, спортивные сооружения, промышленные объекты, новые рабочие места…
С уважением и надеждой на освобождение, русскоязычные жители Вологодской области», — написал Романенко.
Для чего придумали урны? Ну, те, которые в городах ставят возле подъездов? Вероятно - для того, чтобы люди бросали в них всякий мелкий мусор, вместо того, чтобы разбрасывать его по прилегающей территории. А специально обученные работники, как правило, не особо обремененные интеллектом и высшим образованием (дворники) - периодически выгребают
Стою утром у подъезда, курю после кружечки кофе - это святое, никого не трогаю. Подходит дворничиха. Естественно, как культурный, интеллигентный человек здороваюсь. И тут начинается концерт:
- Зачем вы свои бычки кидаете в урну?
- Потому что это урна.
- Эта урна не для вас!
- А для кого? Она именная?
- Нет. Урна для тех, кто мимо проходит, а вы здесь живете.
- То есть Вы предлагаете кидать окурки просто у подъезда?
- Неееет. Дома кидайте.
- Дома я не курю.
- Курите здесь, несите домой, а я за вас выгребать из урны не обязана.
- Хорошо, а дети, которые конфеты едят, но живут здесь тоже не могут в урну обертки кидать?
Тетка зависла...
В общем, как говорил мой отец: Всякая поганая гнида строит из себя порядочную вошь.
Всякая поганая гнида строит из себя порядочную вошь.
Некоторые особености американского мышления ставят меня в тупик. Например, у нас в Кремниевой Долине, Калифорния, протекает маленькая речушка. Вдоль берега, из щебня и земли, построена довольно крутая и высокая дамба с обычной раздолбаной грунтовой дорогой по гребню. По дороге собачники выгуливают своих питомцев, да бегают
Или вот еще: в центре Сан-Франциско, на Мишн стрит есть огромный многоэтажный парковочный гараж - 6 или 7 этажей. На этажах есть лифты для спуска вниз. У каждого лифта, на каждом этаже, внутри и снаружи все надписи на табличках продублированы пупырышками на азбуке слепых - правильно, чтобы если вдруг СЛЕПОЙ ВОДИТЕЛЬ припаркует там свою машину, чтобы мог СПОКОЙНО СПУСТИТЬСЯ НА ЛИФТЕ. Вот это меня всерьез заставляет задумываться…
Известный итальянский предприниматель Эрнесто Сиролли рассказывал: «Мы прибыли с итальянскими семенами туда, в южную Замбию, в эту великолепнейшую долину, простирающуюся вниз до реки Замбези. Мы учили местных людей, как выращивать итальянские помидоры.
Мы были поражены тем, что местные люди в такой плодородной долине совсем не занимались сельским хозяйством. Но вместо того чтобы спросить их, как это получилось, что они ничего не выращивали, мы просто сказали: «Слава богу, мы здесь. Как раз в нужный момент, чтобы спасти жителей Замбии от голода».
И, конечно, в Африке всё росло прекрасно. У нас были эти великолепные помидоры. Мы говорили замбийцам: «Посмотрите, как легко заниматься сельским хозяйством».
Когда помидоры стали красивыми, спелыми и красными, вдруг ночью примерно 200 бегемотов вышли из реки и съели всё.
Мы сказали замбийцам: «Боже мой, бегемоты! ».
А замбийцы ответили: «Да, поэтому мы не занимаемся здесь сельским хозяйством». — Почему вы не сказали нам? — А вы ни разу не спросили.
— Почему вы не сказали нам?
— А вы ни разу не спросили.