Это была куртка ЛТО (лётно-техническое обмундирование). Но не та, которая на «молнии», а та, которая на пуговицах. Впрочем, тоже вполне хорошая вещь на овчином меху с высоким воротником, сказка, а не куртка.
Где-то в октябре... ноябре 1987 при обслуживании своей машины в автопарке я заметил, что все мои сослуживцы
переодеваются в теходежду, а я один работаю в шинели. Для справки: я один из всех молодых бойцов нашей роты имел «собственный» АВ-ТО-МО-БИ-И-И-ИЛЬ!
Пришёл я на поклон к старшине:
- Мне бы какую-нибудь теходежду – подменку для работы в автопарке. А то я всё время в шинели работаю, от чего последняя в негодность приходит. Случись, храни Господи, парад, а у меня шинель не чищена...
И ответил мне старшина человечьим голосом:
- Вот тебе куртка техническая, совсем новая! Смотри, не потеряй!
Это ли не чудо, когда молодому солдату старшина лично даёт что-то новое (кроме портянок и подшивы)?
Никогда такого не было, а тут вот она, новая куртка у «быка»?! Это же немыслимо, какое-то чудо чудесное. Все сослуживцы подходили, трогали чудо руками, цокали языками, качали от восхищения головами, некоторые, наверное, завидовали...
Ко мне подошли земляки-калмыки (от Малых Дербетов до Волгограда по прямой 85 км – конечно, земляки! ) с дельным советом:
- Земеля, если не хочешь чтобы твоя куртка уехала на дембель раньше тебя, её нужно немножечко испортить: так, чтоб на гражданке носить такую куртку было рas comme il faut, а для армии нормально. Ну, например, прожечь сигаретой на видном месте или посадить неотстируемое пятно мазута...
Для меня это предложение было абсолютно неприемлемым! Вандализм чистой воды, как можно портить хорошую вещь?!
Три ночи я спал в обнимку с этой курткой вместо подушки.
А на четвёртый день меня пригласили на разговор дембеля с дедами и давай мне ездить по ушам на тему:
- Ты своим недоверием вселяешь горечь в наши сердца, разве мы не одна семья или ты нас за крыс считаешь? Мы же тут все равны как на подбор и, если надо будет в бой пойти, прикроем друг друга грудью. И мы такие же комсомольцы, как и ты... Дабы пролить каплю бальзама на наши израненные души необходимо вешать чудо-куртку на общую вешалку...
И очень долго в том же стиле.
Ну, я и повесил.
А утром просыпаюсь и первым делом – к вешалке: нету куртки!
Я – к землякам-черпакам калмыкам:
- Братушки – бурятушки, что же это деется! Среди чёрной ночи куртку своровали?
- Мы тебя предупреждали, однако, а ты нас не послушал!
Я – к дембелям с дедами, которые мне буквально восемь часов назад пели акапельно на семь голосов про нерушимое солдатское братство:
- Товарищи комсомольцы, такие же как и я, верните куртку, падлы!
- Гы-гы! – ответили дембеля с дедами,
- Повёлся, лошара!
Я доложил старшине о пропаже, на что тот меланхолично изрёк:
- Всё-таки, потерял...
Я обратился к командиру автовзвода:
- Товарищ старший прапорщик у меня ночью куртку украли! Надо срочно обыскать все машины в автопарке!
На что мне взводный ответил как по учебнику:
- Рядовой Вершинин, запомните раз и навсегда: в Советской Армии служат только отличники боевой и политической подготовки, которые ничто и никогда не воруют по определению! И вообще, в Советской Армии нет такого слова «украли», а есть только слово «про[втык]ал»!
- Товарищ старший прапорщик, про[втык]анная мною куртка с ненулевой вероятностью сейчас находится у кого-то из дембелей или дедов в машине. Нельзя терять ни минуты!
- Слушай, Вершинин, я тебе во второй и он же последний раз научно-популярно объясняю, что поздно пить "Боржоми", когда почки отказали. У нас «пожарка» и «санитарка», как обычно, с 05-00 на выезде. И в твоей куртке вот уже два часа и (короткий взгляд на наручные часы) двадцать минут ходит какой-то гражданский абориген.
Да, всё-таки наш взводный – голова! Вот так запросто, сходу просчитал все расклады! «Я бы ему палец в рот не положил! »(с). И с чего это мои земляки калмыки решили, что куртку обязательно украдёт дембель и отвезёт домой? У нас «пожарка» (экипаж 2 человека) и «санитарка» (ещё 2 человека) практически каждый день с 05-00 и до 24-00 дежурят на аэродроме.
Вот и всё. Конец истории про куртку.
P. S. Да! Вот ещё что: в то время рядовой Советской Армии получал жалование в размере 7 рублей. Ну, на сигареты, зубную щётку, зубную пасту, помазок, бритву, туда-сюда... Когда я пришёл к старшине за очередным жалованием, он очень удивился:
- Товарищ рядовой! Вы утратили новую куртку ЛТО, а знаете сколько она стоит? Не знаете... А я Вам скажу: цена этой куртки 130 рублей. Но, поскольку по закону не разрешается удерживать с солдата больше 100 рублей, финчасть спишет с Вас всего сто, а не сто тридцать рублей. А теперь давайте-ка прикинем до какого времени Вы можете даже не заморачиваться мыслями о получке: 100 поделим на 7, получается 14 и 2 в остатке. Четырнадцать полных месяцев и два рубля в пятнадцатом. Так-так... Сейчас у нас ноябрь 1987 года, потом декабрь – это 2 месяца, потом весь 1988 год – ещё 12 месяцев. Итого 14. Ну, и в январе 1989 с Вас спишут два рубля.
Приходите за деньгами в январе 1989 года, рядовой Вершинин, получите свои 5 рублей!
Вот теперь точно всё!
