Истории о армии #генерал

проходя через инстанции, усилиями инициативных дураков доводились до абсурда. Вот один пример.

Место действия - войсковая часть в южной тогда ещё советской республике, время - лето 1967 года, сразу после Шестидневной войны. Кто не знает: тогда Израиль размолотил армии Египта, Сирии и Иордании, предварительно спалив всю египетскую авиацию на аэродромах.

Из высших инстанций поступила директива: всемерно повысить боеготовность. И вот как она реализовалась.

Личный состав разделили на две части, одна половина несла службу, как обычно, днём, другая - ночью. Через неделю смены менялись.

В результате: ночная смена спит, дневная марширует со строевыми песнями ("Наш полк Суворова гвардейский, боевой" - кто в теме), тарахтит на штурмполосе холостыми очередями. Ночью поёт колыбельно-строевые песни и баюкает дневную смену канонадой вторая смена.

В нашей казарме, построенной ещё при генерале Скобелеве, ремонт, двухъярусные койки вынесены наружу, спим на открытом воздухе, и днём хорошо усыпляет ласковое среднеазиатское солнышко.

Часть относилась к славным Войскам Дяди Васи, неподалёку размещался авиаполк транспортно-десантных АН-12-х. Чтобы агрессор внезапно не сжёг самолёты, их растащили с аэродрома далеко один от другого, благо местность полупустынная, грунт ровный и твёрдый.

Предстоит плановое десантирование. Мы, шесть десятков рыл, навьюченные как ишаки, пилим к указанному самолёту. На небе, как всегда, ни облачка, температура в тени за сорок.

Нужный самолёт закрыт, рядом ни души, кроме часового. Наш офицер, матерясь, рыскает, надеясь найти кого-нибудь. Наконец находит какого-то летуна, после многоэтажного обмена любезностями тот машет в сторону горизонта. Пилим к горизонту. Видим издалека суету вокруг последнего самолёта, подходим - самолёт не готов. Нас снова отылают к горизонту, но в противоположную сторону.

В общем, обычный и привычный бардак, нисколько не мешавший при штатном размещении самолётов.

Через какое-то время мудрая новация тихо умерла - то ли до полковников-генералов дошло то, что было понятно солдатам, то ли просто забыли. А может мозги заняла очередная инициатива.

А мы между собой говорили: не дай бог война. Мы, конечно, победим, но какой ценой!

в социалестической республике Нью-Джзёри. А Джзёрзи это штат с совершенно сумашедшим оружейным законодательством. У них там рогатки запрещены (отдельная история почему).

Так вот было это ещё в те времена когда генералы баловались идей стрлять из пушек ядерными снарядами. В дивизии где служил Энди два танка были преднозначены для таких целей. Энди как сержант с высшим образованием был в тот момент на офицерской должности.

В один прекрасный день начальство обрадовало, Эди сказав что он только что вызвался добровольцем отвезти в верхний штаб ведомость наличия ядерных снарядов. В общем приковали ему к руке чеоданчик Посадили в Джип и в сопровождении охранника и водилы отправили выполнять задание. Через некоторое время возникла необходимость залить бензин в машину, и отлить жидкость у экипажа.

В общем заехали они на бензо-колонку. Водила остался в Джипе ждать пока заправят ( этом дуратском штате самому запровлятся нельзя это должен делать заправщик), а Энди с охранником двинул в сортир. По выходу из сортира Энди услышал у себя за спиной вопрос: Сэр у вас есть разрешение на оружие? он повернулся и увидел двух ментов с револьверами (75-77год) в руках. Причём стволы были направлены на него. В общем картина маслом.

С однй тороны менты с револьверами. С другой стороны Эдни с ядерным чемоданом, и 1911м, а также охраник с автоматом. Ну а посередине покупатели. Потом чтобы не начинать бои местного значения между полицией штата и армией США, путём переговоров было договорено что каждый на своей машине проедет в полицейский учаток и там разберуся. В участке Эди обяснили, что его армейская форма всем по х[рене] и что кроме полицейских никто в штате без специльного рарешения оружия носить не могжет. В общем

Эди и его сопровождающим было сказано что они арестоваы, предложено сдать оружие и чемоданчик. В общем опять, менты за револьверы, Энди за

1911, а охранник и водила за автоматы. В конце концов Эди заявил что ему ндо позванить комдованию чтобы доложится, что он убывает под арест.

Ментам эта идея понравилсь больше чем пересрелка, и ему дали телефон.

Дежурный по штабу которому Энди обрисовал ситуацию, сначала спросил сколько он выпил? Потом поинтересовался что он курил, колол живал или нюхал за последние пару часов. Убедившсь что эта не шутка и не бред вызвал к телефону начальника участка, и вежливо попросил его подождать 5 минут. Через 2е минуты в участок позванил глвный мент штата, и в панике про-орал капитану участка. Что вся американская армия только что, обявила войну полиции штата. И что, целая броне-копытная дивизия поднимается по тревоге чтобы высвободить из плена сержанта двух рядовых и чемоданчик. После этого менты конечно отпустии, Энди и его команду, а в качестве извенения выдали им на прощание тикет за парковку в неполженом месте, так как джип запоркавали на стоянке для полицейских.

Вот это действительно дурдом.

предложил им скоротать время в нашей казарме. Все были на полетах, кроме меня, сержанта и узбека Уринова на "тумбочке". Уринов несколько растерялся, когда вдруг повалили личности в светло-кремовых пиджаках и в штанах с красными и синими лампасами. На стене правда висел плакат с образцами воинских званий, но таковых там не было. На шум хлопающих дверей из каптерки вылез заспанный сержант и побледнел.

Очередной генерал вскользь попенял на ошибку дневального. Сержант грозно зашипел на узбека и тот заорал, что было мочи:

- Эскадрилья, смирно!

Мы вытянулись во фрунт. Следующие гости были уже приветливо встречены его истошным ором, пока оглушенные не подали команду отставить. Так постепенно Ленинская комната заполнилась приезжими генералами и полковниками. Время ожидания затянулось и двое вышедших из нее генералов от скуки стало осматривать казарму. Железные койки лыжи, стенд информации. Посреди стенда белел лист ватмана с моей юмористической стенгазетой. Один из генералов пробежался по нему глазами, прочитал мой стишок, оценил мои карикатуры и звонко засмеялся. Потом подошел его коллега и прилип к листу. Тоже отсмеялся и открыв двери Ленинской призывно махнул рукой. Через минуту у стенда стола генеральская толпа, читали и перечитывали. Появился наконец наш комэско с докладом о готовности банкета, но его только мило похлопали по плечу и сказали:

- Дай дочитать!

Я расцвел, комэско жал руку и наделил меня небывалыми льготами. В столе у меня появилась пачка пустых бланков увольнительных за его подписью и печатью.

Когда старую газету менял на новую, то сослуживцы рвали ее у меня прямо из рук, разрезали на фрагменты и клеили их в дембельские альбомы. Творчество таким образом разъехалось по многим уголкам Союза. Подходили обделенные эпиграммой и спрашивали:

- А когда напишешь про меня?

По популярности в округе я обошел Хемингуэя, маршала Жукова и Рабиндрабата Тагора из нашей библиотеки.

Через год после дембеля сослуживцы пригласили меня к себе в Москву и один из них предлагал через свою сестру устроиться в редакцию. Я отказался, надеясь на родную Латвию.

В Латвии оказалось возможным устроиться только через контору КГБ, что меня в принципе не устраивало. Из тусовки я выпал.

Но вот уже шел 1992й год и на дне рождения тетки я встретился со своей кузиной. Она окончила в свое время рижский университет и занимала важный пост в городской системе образования. Я оживился и подсел к Рамоне. Оказалось, что она успела побывать с делегациями в Париже, Ватикане, Барселоне.

- Ну и как там? - спросил с большим интересом.

- В Минске кормили очень хорошо, подавали зразы, мясо кабана, гоголь-моголь. В Копенгагене своеобразную селедку...

Потом полчаса шло перечисление стран и блюд.

Я наконец не выдержал монолога этого убежденного гастрофизика и слинял из-за стола. Подходящую компанию я нашел спустя некоторое время у прибывших к нам скандинавских масонов. Было интересно. А потом узнал, что мастер издал свою книгу про Латвию в Дании, она пользовалась успехом. Наконец я достал ее и устроился для чтения.

Блин горелый, она была написана в моем фирменном стиле!

испаряющуюся облаками густого, непрозрачного, по мере подъема в атмосферу темно-коричневого, затем оранжевого и желтого цвета. Реагирует эта гадость почти со всем, с чем входит в контакт. Одному не очень умному бойца окислителем капнули на кирзовый сапог – капля прошла через сапог, ногу и ушла в землю (фильм «Чужие» помните?). В общем работать с ним можно только в ОЗК и противогазе или спецкостюме.

Так вот в ракетной части есть специальные подразделения -технические батареи. Одной из них и командовал некий капитан КудрОв - бравого вида дядька, с гусарскими усами, красивым профилем и взглядом, не обезображенным интеллектом. Как-то отправили его батарею на ракетный полигон в Казахстан. Учения были контрольные, а это значит, что всё проходило под неусыпным бдительным контролем полковников и генералов из самой первопрестольной. Кто в армии был – то поймет. Такие учения могут дать офицерам шанс служебного роста. Или не дать.Смысл учений был в том, что надо было по команде получать ракетное топливо и окислитель, заливать в ракету, ну и иногда её запускать. Всё прошло гладко, все успокоились. Наступило воскресенье, и бойцы-ракетчики спокойно отсыпались в своих палатках, а многочисленные московские проверяющие дегустировали конъяки-вина, привезенные специально для них из Молдовы.

Да вот незадача. Накануне капитан Кудров обнаружил некоторую проблему. Дело в том, что цистерну окислителя они получали перед учениями в холодную ненастную погоду. А когда сдавали – стояло ну такое пекло. Кто физику помнит, наверняка, догадался – окислитель сильно расширился и в цистерне осталось некоторое количество оной жидкости. На складе как: цистерну дали, цистерну взяли, а остальное – не наши проблемы.

И в этот солнечный воскресный день капитан Кудров принимает радикальное решение: окислитель слить!

Описываю картинку. Безбрежная казахская степь. Несколько рядов палаток и вагончиков. Все бойцы и офицеры предаются законному отдыху, (одни спят, другие усиленно напиваются). Подобно сонным мухам между палаток перемещаются редкие фигурки.

Вдруг откуда-то раздается нечленораздельный нечеловеческий вопль. Заспанные физиономии высовываются из палаток, оглядываются и, ни слова не говоря, вылетают и набирают ускорение.

Картинка: по направлению к лагерю, бежит и орёт капитан Кудров, усы вразлёт, мундир нараспашку, фуражку где-то потерял, а за ним по пятам, стремительно расширяясь, движется гигантское коричнево-оранжевое облако.

Вы бы видели как в одних подштанниках и трусах, на ходу натягивая спадывающие штаны, драпали толстопузые полковники и генералы.

;-))

К счастью, метров в ста от лагеря ветер (такое в степи бывает) резко сменил направление, и облако прошло мимо лагеря.

С карьерой капитана Кудрова была покончено. А я понял, что это агония советской армии, потому что с такими офицерами супостата не победить.

роте было противотанковое отделение. Состояло оно из командира отделения - сержанта и одного солдата. Солдат служил уже полтора года и занимался свиньями в подсобном хозяйстве части, т.е. противотанковый гранатомет за всю службу не видел даже на картинке. В начале его службы кто-то дал ему кликуху - Истребитель Танков, к которой он совершенно привык. Идет, значит, генерал по плацу и видит - стоят одиноко сержант и Истребитель Танков, все увешанные гранотометами, гранатами, и т.д. Генерал заинтересовано подходит к солдату и интересуется - а ты, сынок, кто будешь-то? Солдат браво докладывает "Истребитель Танков рядовой такой-то!" Генерал удивленно переспрашивает "Чего-чего?" Солдат думает, что генерал несколько глуховат, и орет уже на весь плац "Истребитель Танков рядовой такой-то!!!" Генерал оборачивается к командиру части и говорит "Если завтра на срельбах этот "Истребитель Танков" с трех выстрелов из гранатомета в мишень не попадет, то ты у меня лейтенантом поедешь командовать взводом на дальний восток."

Солдат в непонятках, чего он такого сделал, командир части в предынфарктном состоянии.

Вечер того же дня. Генерал и свита ужинает и выпивает. Из ворот части в сторону стрельбища следует колонна из двух Уралов с гранатами и гранатометами и Уазика с Истребителем Танков, двумя сержантами и командиром того несчастного батальона, красу и гордость которого составляет этот противотанкист.

День второй. Часть сдает огневую подготовку. Командир части очень надеялся, что генерал не вспомнит о Истребителе Танков. Тем не менее, генерал велит подать сюда этого бойца и говорит командиру части "Ну что? Давай посмотрим, какой это Сухов.". Боец берет три гранаты, гранатомет и уходит на рубеж. Ему поднимают мишень нетров за двести от рубежа и он ее ВАЛИТ С ПЕРВОЙ ГРАНАТЫ! Молодец, задумчиво говорит генерал. А лучше сможет? Командир части машет флажком, и оператор стрельбища поднимает бойцу мишень метров где-то за шестьсот. Истребитель Танков и ее валит с первого выстрела. Инцидент исчерпывается, командир части где-то в уголку облегченно пьет из горла водку.

P.S. За ночь, предшествующую стрельбам, Истребитель Танков расстрелял под чутким руководством своего батяни-комбата примерно ТРИСТА гранат. Вот как за одну ночь свинаря можно превратить в настоящего Истребителя Танков.

приятное с полезным.

На станциях он изволил покупать газеты и орлинным оком своим примечал

где, что и как.

И вот однажды утром выскочил он на перон в одной пижаме, поезд должен

был стоять всего 10 минут и некогда ему было форму одевать, а может и

лень, и рванул к киоску:"Дайте мне Правду, Труд и тд. и тп..".

А телеграф уже сработал!!!

Местные держиморды в состоянии боеготовности №1.

Вдруг, откуда ни возьмись, появляется старшина(не хрен собака!) и

строгим голосом говорит:"Ты че, алкаш, здесь в нижнем белье

разгуливаеш!!!"

Наш чудак,( он видно забыл что далекоооо от Москвы-родимой), и выдал

ему:"Вы почему товарищ старшина не представились, честь не отдали?!

А Я, к вашему сведению, в пижаме а не в нижнем бель..."

Закончить фразу он не смог, потому-что бравый старшина огрел его

резиновой дубинкой по голове.

И упал герой нашего времени на перон, головой прямо в асфалт!

Тапочки в одну сторону, газетки в другую.

А старшина огрел пару раз по спине и приказ:"Исчезни!! Счас генерал с

проверкой придет а ты собака явился как нарошно! Убирайся пока Я

добрый!"

Генерал совсем ох[рен]ел, мычит, сел на [п]опу а встать не может.

Который нас бережет не стал зря времени терять, схватил за шиворот и

потащил с платформы(как волк ягненка).

Хорошо что адьютант выглянул в окно и видит что шефу плохо, а помогает

ему один старшина.

Ну выскочил, отбил его у волчары, затащил в вокзал(одно название что

вокзал). Медпункт закрыт навсегда.

Все хорошо что хорошо кончается!

Поезд задержали на 2 часа, пока врачи(их пригнали из местной больницы)

оказывали помощь верному хрущевцу.

Больше генерал газет не покупал в этой своей поездке.

А когда вернулся в Москву то был он одним из главных иницыаторов отмены

резинового аргументатора.

Вот такая история.

И думаю Я:"А хорошо было-бы, хоть раз в год, всех власть придержащих

лупить резиновыми дубинками. Типа праздник народный такой. А то ведь и

правда сытый голодного не разумеет. Президент, который первый и

последний, подарил народу своему демократизатор, а те кто служит народу

остались ни с чем."

заиканием. Когда он был спокоен этого было почти незаметно, но стоило ему разволноваться и проблему было не скрыть. Все к этому привыкли и не обращали внимания. Но где-то на середине срока службы произошла эта история.

Приехала в часть очень серьезная проверка. У всех звания немалые, а главным вообще генерал какой-то. Комиссия как обычно осматривала всю часть, и пришла кому-то в голову мысль зайти в казарму, в которой располагалась рота отца. А в этот день вышеупомянутый товарищ был дневальным по роте, да плюс ко всему в этот момент он был дневальным "на тумбочке". Стоит, значит, никого не трогает, службу несет. И тут в казарму заходит сразу столько чинов, сколько он за всю свою жизнь в одном месте сразу никогда не видел. А генерал-то вообще редкость. Парень вытянулся "по струнке", и не то что бы заикаться, вообще потерял дар речи. А генерал на него пристально смотрит и ожидает подабающих данной ситуации команд, приветствий. А в ответ-тишина... Выждав театральную паузу генерал начал сам:"Ну здравствуй, ВОИН!"Тут ко всеобщей беде к солдату и вернулась способность говорить, но не способность думать. И он выдал:"Пппппприветик!"

Доподлинно неизвестно какие недостатки обнаружила комиссия, но по части долго ходила легенда, что именно из-за "приветика" часть из солнечного Крыма была переброшена на очень, очень Дальний Восток. И о море речь уже не шла...

Начинается это мероприятие церемонией приема парада. Кто-то из вторых лиц докладывает первому лицу, что личный состав для проведения бла-бла-бла построен. Первым лицом, естественно, являлся начальник училища, без малого генерал-лейтенант. Докладывать ему выпало полковнику - начальнику штаба училища. Главной интригой было то, что построение происходило после обеда, а офицеры, естественно не могли так долго ждать... Обычно они конечно не доводят дело до перегибов, но так уж вышло...

Короче представьте построенных в коробки по курсам курсантов в идеальном строю. Посреди плаца с правого фланга нач. штаба, на левом - нач училища. Подаются команды "Равняйсь"... "Смирно"... Нач штаба и нач училища поворачиваются лицами друг к другу, четко вскидывают руки в воинском приветствии к папахам и строевым шагом идут навстречу друг другу для вышеописанного доклада. В тишине слышны четко печатающие удары сапог... Не знаю, у кого чего двоилось и троилось, но дальше начинается полный сюр... Не сбивая шага начальники... проходят мимо друг друга и продолжают свой путь уже расходясь... Шагов через 10 после несостоявшейся встречи до полковника вдруг доходит, что что-то не так и он замирает на месте... на лице 15 сек. полета мысли, недоуменно оглядывается, замечает удаляющегося командира и срывается вдогонку придерживая папаху с криком "товарищ генерал, подождите"... Праздник удался, курсанты рыдали...

товарищ генерал!

В ответ начальник задаёт вопрос:

- Товарищ капитан, а сколько сейчас времени?

- Виноват, товарищ генерал! 09: 58!

- Выкиньте свои часы, товарищ капитан!

- Есть, товарищ генерал!

Офицер публично снимает свои часы с руки и выбрасывает их в окно.

- Присутствуйте, товарищ капитан!, - разрешает генерал, удовлетворённый таким исходом дела.

Генерал продолжает своё выступление, однако через пару минут откуда-то из-за пределов зала достаточно громко и слышно звучат по радио сигналы точного времени. "Пик - пик - пик- пииииик! Точное время 10 часов!" - оповещает голос из радиоприёмника.

В зале повисла гробовая тишина.

Генерал останавливает своё  выступление, молча спускается с трибуны, подходит к окну и демонстративно сняв с руки свои часы, выкидывает их в окно со словами:

- Хороший штурман всегда имеет точные часы! А хорошим штурманам нужно верить!

Кто включил радиоприёмник - об этом история умалчивает. Думаю, всё-таки сделал это кто-то из хороших штурманов.

Случай из истории 317 отдельного смешанного авиационного полка морской авиации, произошедшей в 1991 году.